Во дворец явились лорды, из чьих карманов бесцеремонно взяли добротную часть золота, купцы, и мелкие феодалы. Все наперебой требовали аудиенции с королевой, и та была вынуждена принять недовольных.

— Ваше Величество, на каком основании моя семья заплатила шестикратный налог? Из наших амбаров вынесли две трети зерна и муки. А у меня трое детей…

— Вам известно, что мы на пороге войны, милорд?

— Да, Ваше Величество.

— Думаете, зерно спасёт вас, когда маги придут убивать?

— Но Ваше Величество…

— Вы ставите своё благополучие превыше государственного?

— Тогда беспрекословно исполняйте долг.

Все мужчины в возрасте от четырнадцати до шестидесяти лет будут призваны в ряды армии, и вы не исключение. Будьте покойны, там не дадут умереть с голоду. Сейчас не то время, чтобы считать количество золотых в карманах. Ваша обязанность, как и моя, сделать всё для того, чтобы защитить народ и отстоять его свободу.

— Конечно, Ваше Величество… — мужчина низко поклонился, но лицо его светилось непринятием.

Хизер чувствовала давление изнутри. Она мало спала, мечась с утра до позднего вечера между государственными делами.

Нужно было проследить за перераспределением ресурсов, настроением народа, выработать какую-то стратегию. Когда последняя уже мало-помалу начала складываться в голове, явился побелевший Карлайл с письмом.

— Беда, Ваше Величество.

— Нет, однако новость не менее ужасная. Кто-то известил короля Ульриха о смерти принцессы, и Эндагон незамедлительно объявил нам войну.

Хизер показалось, что кто-то ударил её молотом. Как подкошенная она опустилась на стул и протянула руку. Мужчина отдал ей письмо. Девушка бегло прошлась глазами по строчкам, затем вчиталась внимательнее.

— Не может быть, что так скоро. Прошло всего ничего времени… — Однако наличие королевской печати не позволяло сомневаться в подлинности документа. — Кто это сделал? Кто доложил ему?

Прочитывая текст, где было ясно изложено обвинение в убийстве, Хизер почувствовала, что весь мир восстал против неё.

— Проклятье… это катастрофа, Карлайл, катастрофа! Не сможем мы отражать натиск и внешнего врага, и внутреннего! Эндагон наверняка знает, что в Ревердасе смута, что маги восстали, и что на престоле женщина.

Вот, почему они отважились объявить войну, которой всегда страшились! — Она яростно бросила письмо на пол. — Кто-то предал нас! Иначе как Ульрих узнал обо всём столь быстро?

— Полагаю, ему сообщили сразу же. Может, смерть принцессы всё-таки была спланирована. Есть у меня догадка, но…

— Допустим, кланы магов объединяются. Не стоит забывать, что здесь, при дворе, бывают верры, до которых, уверен, слух дошёл куда быстрее, чем до нас. Они играют роль послушных собачек, но и домашний пёс может укусить хозяина.