– Но он совершенно точно хотел воспользоваться твоей беспомощностью!

– Не думаю, – покачала головой Варя. – Сдается мне, что я его вообще мало интересую.

– Я и сама пока не все понимаю. Но попытаюсь понять. Да, и вот что еще… – Варя взяла Макса за пуговицу рубашки. Она видела, что так иногда делают героини фильмов, когда хотят показать мужчине, что речь пойдет об интимных делах. – Скажи мне как на духу…

– Дух у меня сейчас несвежий. Я хочу помыться, – с тоской сказал Макс.

– Да погоди ты со своим мытьем! Тут, может быть, моя судьба решается, а ты!

– Орешь, как будто я твой муж.

– Или старший брат, – ехидно напомнила Варя. – Вспомни, пожалуйста! Ты вчера сто раз делал какие-то намеки. Что мне стоит оглядеться по сторонам и подумать, нет ли рядом со мной кого-то более верного и надежного, чем Глеб Лаленко… Кого ты имел в виду? Себя?

– Варь, ты что, белены объелась? – спросил Макс изумленно. – Какого себя? При чем тут я? Я имел в виду Ярослава, разумеется.

Варя на секунду закрыла глаза. Мысли играли в чехарду, а Макс между тем продолжал:

– Все же знают, что он к тебе не равнодушен. А вот ты с ним два года играешься, как кошка с мышкой. Мне, если честно, всегда было его жалко. Поймала, придушила, так уж съешь!

– Съем, – пообещала Варя слабым голосом.

– Тоже мне, хищница.

– А все эти твои разговоры про женщин, которым вроде бы пора выходить замуж?..

– Почему ты считаешь, что если речь идет о любви, то исключительно о любви к тебе?! Мало ли на свете других красивых девушек!

– Извини, просто я и подумать не могла… Ну хоть бы ты мне намекнул про Ярослава. Старший брат называется! Я даже не догадывалась…

– Но ведь это было так очевидно! Зачем объяснять очевидное?

– Вероятно, у женщин и мужчин разное понятие очевидности, – ответила Варя.

– Да ты спроси у Муси! У Тони спроси. Они тоже знали о том, что Ярослав с ума по тебе сходит.

Каждый раз, когда Варя слышала, что Ярослав влюблен в нее и сходит по ней с ума, сердце ее сладко сжималось и проваливалось в невесомость, а потом несколько секунд висело в вакууме.

– Я обязательно спрошу, – пообещала она. – В общем, ты можешь пойти и помыться.

– Спасибо тебе за твою доброту, – прогудел Макс. – Я бы поклонился тебе в пояс, но боюсь, голова отвалится.

– И не благодари, – пробурчала Варя, направившись к двери.

– Но ты Глебу этого не спускай! – сказал Макс ей в спину. – Не забудь: я твой свидетель. И верный друг. Практически Сивка-Бурка.

Вновь очутившись в коридоре, Варя в растерянности остановилась. Спрашивать или не спрашивать у Тони про Ярослава? Вдруг она знает что-нибудь такое, чего не знают Макс и Ружейников? В ту же секунду, как по волшебству, дверь одного из номеров отворилась и появился сияющий Эдик.