— Не думаю, что Странник собирается покинуть Тайный Город в ближайшее время, — неожиданно произнес барон.

Ярко-зеленые глаза ведущих колдуний Зеленого Дома устремились на Мечеслава.

— Фома ожидал подвоха, — начал излагать свои доводы барон. — Он готовился к схватке, а значит, был практически уверен в смерти Аристарха Пугача.

— Почему? — хмыкнула Милана.

— Потому что Аристарх пропал десять лет назад, — отрезал Мечеслав. — Кафедра знает, что Пугач мертв, а Фома пришел на Пятницкую по трем причинам: убедиться в этом окончательно, отдать дань памяти товарищу и…

— И? — не выдержала Снежана.

— И посмотреть, кто убил Пугача. Теперь я понимаю, почему Сантьяга не настаивал на участии Темного Двора в начальных акциях против Странника — с Зеленым Домом Кафедра отныне договариваться не будет. Мы сами дали понять, кто убил Пугача.

Несколько секунд женщины обдумывали заявление барона, после чего жрица неуверенно покачала головой:

— Допустим, все так, как вы говорите, Мечеслав. Но на чем зиждется ваша уверенность, что Странник не уйдет из Тайного Города?

— На том, что он вообще сюда пришел, — усмехнулся барон.

 — Будь у него дела за пределами Москвы, он бы сначала покончил с ними и только после этого отправился на Пятницкую.

— Это просто предположение!

— У вас есть другие версии? — парировал Мечеслав. Жрица поджала губы. Барон выдержал вежливую паузу, прищурился и, обращаясь к королеве, закончил:

— Я думаю, ваше величество, Фома вернулся на Землю не для того, чтобы узнать о судьбе Пугача. У Калеки есть какое-то дело. Очень важное дело, нити которого ведут в Тайный Город — Возможно, только здесь он может связаться с нужными ему челами… с Хранителем Черной Книги, например.

Возможно, здесь спрятано нечто, представляющее для него ценность. Не знаю. Но я уверен, что спешного бегства не будет и Странник задержится у нас еще на несколько дней.

— Это твой шанс, Милана, — улыбнулась Всеслава.

Даже несмотря на то, что офис наемников находился в одном из бизнес-центров Торговой Гильдии и, соответственно, был надежно защищен от прослушивания, Кортес все равно выставил на стол маленькую черную пирамидку оберега Темного Двора — мощный артефакт, закрывающий помещение от любых способов съема информации.

Паранойей лучший наемник Тайного Города не страдал, но при подготовке к важным совещаниям всегда принимал дополнительные меры предосторожности — привычки, приобретенные за годы службы в имперской военной разведке, просто так не исчезают. В том же, что совещание будет важным, Кортес не сомневался.

— Эта история началась в конце XIX века, когда молодой профессор Мельников получил кафедру в Московском университете.