При этом он использовал магию, не известную мне: я чувствовал, что буду делать всё, что он прикажет, сил сопротивляться просто не было.

– Магия подчинения? – Хайлас нахмурился и напоминал охотничьего пса, вставшего на след, – она запрещена во всех цивилизованных странах.

– Тогда я той же ночью забрал из матушкиного сундука амулет личины, его ей сделали ещё в столице, и бежал куда глаза глядят, лишь бы подальше от всего этого. Забирался всё дальше и всё глубже, пока не осел в Яблоневке, став там травницей Юлиной — так звали мою нянюшку. А потом узнал про академию и понял, что это мой последний шанс на то, чтобы скрыться от тех, кто рано или поздно меня отыщет.

Да и пользу я могу принести — я много умею и знаю… Вы ведь меня не прогоните?

Присутствующие переглянулись, и Теодор, вздохнув, ответил:

– На вас должна посмотреть душа нашего замка. Если она одобрит, то оставайтесь — работа найдётся для каждого.

Тут Хайлас, который последние минуты молчал, спросил:

– А как звали того гостя, который привёз вам это ошеломляющее известие? Не помните?

– Помню, конечно, – Джулиан открыто посмотрел на гнома и перевёл взгляд на Тео, – он сказал, что его зовут Джайлс Блайвиль.

– Как?! – Тео быстро переглянулся с нахмурившимся Биэлем и ставшим чрезвычайно серьёзным Хасидом. – Джайлс Блайвиль? Вы уверены?

– Конечно, – удивлённо посмотрел на него Джулиан, – я никогда не забуду ни его имени, ни его лица. Ведь именно ему я обязан нынешним своим незавидным положением.

– Не слишком ли часто в последнее время стала звучать эта фамилия? – озвучил Хасид мысль, которая возникла одновременно у всех присутствующих. – Биэль рассказывал о нём, лорд Эндрю, Габриела, а теперь ещё и господин Джулиан.

Мне одному кажется, что это неспроста?

– Нет, конечно, – тяжело вздохнул Тео, понимая, что тайны и загадки множатся, а времени на их решение нет и, что характерно, не предвидится. – Но давайте решать проблемы по мере их актуальности. Сейчас нам надо понять, что делать с нашим гостем.

– Если вы не прогоните меня, я клянусь, что сделаю всё, что от меня зависит, чтобы отблагодарить вас, – отчаянно прошептал Джулиан, и было тяжело видеть, как борются в нём гордость и необходимость просить.

– Посмотрим, что скажет Зайка, – решил Тео и мысленно потянулся к девочке. Она откликнулась тут же, словно ждала, и вскоре уже знакомое всем туманное облачко заклубилось в центре кабинета. Теодор в очередной раз удивился, зачем душе замка эти спецэффекты, но, судя по всему, Изабель просто ужасно нравилось выпрыгивать из облака. Вот и на этот раз она шагнула в комнату, и пушистые клубы моментально исчезли. Девочка привычно обняла Тео и внимательно оглядела окружающих, улыбнувшись каждому.