Я испытываю прилив любви к этому маленькому комплекту.

— Ты щедрый охотник, — серьезно говорю я ему. — Но давай сначала разбудим Эл-ли. — Он присаживается на корточки в снегу рядом со мной, и мы наблюдаем за лицом моей пары в ожидании. Кажется, она мирно спит, ее дыхание ровное. Она упала в обморок из-за того, что недостаточно ест? Конечно, мой кхай знал бы, что она не может спариваться, если больна, и это гудит у меня в груди так же настойчиво, как и всегда. Обеспокоенный, я прижимаю ее к груди.

Она стонет и шевелится, и я сопротивляюсь желанию крепко прижать ее к себе.

Я не хочу ее отпускать. Через мгновение ее глаза распахиваются, и она смотрит на меня снизу вверх, наши кхаи напевают в идеальный такт. И я говорю ей первое, что приходит мне в голову.

— В безопасности, — шепчу я. — Со мной ты в безопасности.

Элли тихонько вздыхает и, к моему удивлению, снова прижимается ко мне, уткнувшись лицом в мой жилет. Ее рука обхватывает кожу моей одежды, и она прижимается ко мне. Я чувствую, как меня захлестывает волна удовольствия от того, что она так доверяет мне, и я клянусь не разочаровывать ее.

Я поднимаюсь на ноги, убеждаясь, что моя пара защищена в моих объятиях, и смотрю вниз на Эревэра.

— Ты достаточно большой охотник, чтобы вернуться в деревню пешком?

— Могу я понести свою добычу, раз уж ты несешь Эл-ли?

— Конечно. — Я чувствую прилив гордости, когда он расправляет свои маленькие плечи и начинает маршировать впереди меня. Это странный день. Сначала Эревэр, потом Элли. Я испытываю облегчение от того, что оба в безопасности, и маленькая часть меня втайне рада, потому что теперь я могу крепко обнять свою пару.

Я смотрю на нее сверху вниз, пока иду, чувствуя, что защищаю, и ее глаза закрыты, дыхание ровное. Мне интересно, притворяется ли она спящей, но я решаю, что это не имеет значения. Если она доверяет мне настолько, что позволяет прикоснуться к себе, то пока этого достаточно. Она позволит мне больше в свое время.

Прогулка короткая по сравнению с моими обычными охотничьими вылазками — только через саму долину, — но Эревэр начинает уставать через короткое время. Я наблюдаю, как он замедляет шаги, задаваясь вопросом, как я собираюсь нести и ребенка, и пару, потому что я отказываюсь оставлять ни того, ни другую позади.

К своему облегчению, я замечаю впереди фигуру, и спутанная грива до плеч подсказывает мне, что это отец Эревэра. Не желая пугать свою пару приветственным криком Эревену, я вместо этого поднимаю руку.

— Вон твой отец, Эревэр.

Другой охотник вскрикивает, и Эл-ли дергается в моих объятиях, ее глаза распахиваются от страха, тело напрягается.

— Тсс. Все хорошо, — шепчу я ей, но осторожно опускаю ее на землю.