Значит, Люба уже тут побывала. Ох, теперь и от нее придется выслушивать к тому же.

— Спасибо, что присмотрел за детьми, — говорю, проходя мимо него, хочу попить воды, прийти в себя. За время прогулки я немного успокоилась и теперь меньше подвержена эмоциям.

Неожиданно он ловит меня за руку и заставляет остановиться.

— Мне надо с тобой поговорить, Алина. Я буду признателен, если мы это сделаем сейчас.

Данияр явно не в себе, с ним что-то происходит, я это вижу, нет, чувствую. И это «что-то» его очень расстраивает.

— Хорошо. Если не сильно спешишь, я бы хотела переодеться.

Тогда и поговорим, хорошо?

Он задумчиво кивает головой и отпускает мою руку, сделав при этом шаг назад.

Его поведение еще раз доказывает, что он чем-то опечален.

Миную его и сразу в спальню. Скидываю платье и тут же бросаю его в стирку, а зайдя в ванную, ополаскиваю лицо ледяной водой.

Проходит немного времени, прежде чем я беру себя в руки и, абстрагировавшись от того, что произошло недавно у меня с Эриком, выхожу из спальни.

Данияр сидит на диване, скрестив пальцы рук и уставившись в одну точку. Что же его беспокоит, что произошло? Обычно он всегда в настроении, готов шутить, прикалываться, давать советы…Но сейчас я его совсем не узнаю…

Присаживаюсь в кресло напротив.

— Хочешь чай, кофе? Или, может, ты голодный? — оглядываюсь на так и не разобранные пакеты с едой, которые он недавно принес нам.

— Нет, ничего не надо, — и, глубоко вдохнув, как будто бы решился, произносит на выдохе: — Алина, скажи мне своё последнее слово. От твоего ответа зависит, как я поступлю дальше. Если ты мне откажешь, я женюсь на девушке, на которой настаивает моя семья. Но одно твое слово — и этого не будет.

В шоке слушаю его эмоциональную речь и просто прихожу в недоумение. Как он может такое мне говорить?!

— Почему? Почему ты давишь на меня, вешаешь на меня такую ответственность? Почему я должна отвечать за твою жизнь? За твою дальнейшую судьбу?

— Потому что только ради тебя я буду отстаивать свое желание создать семью именно с тобой. Только ты можешь заставить меня бороться за наше счастье. Если ты согласишься! — рьяно твердит свое Данияр. — Я все сделаю, но добьюсь своего. А если… если… нет… мне нет смысла бороться.

Отказываюсь верить в то, что он говорит.

Я же никогда не давала ему надежды, ни разу, как считаю, не сделала и намека на то, что между нами возможны отношения. Я видела его мать, настроенную категорически против меня или любой другой девушки не их национальности и вероисповедания. А жить с нелюбимым, да еще и в конфликте с его родней… нет уж, увольте.

— Я не понимаю тебя… — произношу в растерянности.

— Родители хотят, чтобы я женился на этой малолетке. Это будет слияние бизнеса. Я её знать не знаю. Какая-то девица с испорченной репутацией.