– Давай я со своими проблемами сама разберусь, – терпение мое было на исходе, Димка это, конечно, чувствовал, но угомониться не мог или не хотел.

– У меня просто внутри все переворачивается, когда я вижу тебя такой… Придушил бы эту сволочь.

– За что? За то, что я ему не нужна?

– И за это тоже. Я подумал, если бы мы стали жить вместе… может, из этого и вышло бы что-нибудь путное…

– Ничего глупее сроду не слышала.

– Тогда скажи, что делать, – не отставал он.

– Самый простой выход: глаза друг другу не мозолить.

– Да пробовал я держаться от тебя подальше, хреново выходит.

– Других вариантов нет. И советчик я в таких делах никудышный. Вот Берсеньев у нас мастер советы давать.

– С Берсеньевым я говорил, – хмыкнул Димка, чем удивил – не хмыканьем, а тем, что обсуждал наши весьма запутанные отношения с Сергеем Львовичем.

– И что посоветовал наш умник?

– Сказал, хочешь испоганить себе жизнь – свяжись с такой, как Фенька.

– Ему виднее. Ладно, Дима, – сказала я как можно мягче. – Мне домой пора. – И добавила неожиданно для себя: – Поживем – увидим, куда кривая выведет.

Димка вышел из машины, хлопнул дверью и еще некоторое время не трогался с места, наблюдая за тем, как я покидаю парковку, а я покатила домой, чертыхаясь и колотя по рулю руками, что было крайне неосмотрительно, то и дело обращаясь неизвестно к кому с вопросом: «За что мне все это?», и предпочитая не угадывать ответ.

Потом вдруг подумала: надо было спросить Димку о банде Лазаря, точнее о том, что послужило причиной взаимной неприязни Лазаря и старшего Ломакина, и тут же поняла всю нелепость подобного вопроса. Одиннадцать лет назад Димка был слишком юн, чтобы знать о делах отца, вряд ли бы Вадиму пришло в голову делиться с ним своими проблемами. «Тебе просто хочется позвонить ему, загладить свою вину. Вину? Черт, неужели я действительно чувствую себя виноватой?»

Вернувшись домой, я рассовала покупки в холодильник и устроилась на подоконнике. Чтобы избавить себя от тягостных мыслей, позвонила Юрке. Он ответил сразу, точно ждал.

– Привет, – голос звучал возбужденно, мне даже показалось, что он слегка пьян. Как выяснилось, не зря показалось.

– Новости есть? – спросила я.

– Сколько угодно. Иду домой после встречи со знакомым ментом.

Выпили малость, потрепались по душам. Как я и предполагал, твоего бомжа ни сфотографировать, ни снять с него отпечатки пальцев никто не потрудился. Шериф по этому поводу учинил своим парням разнос, но орал скорее для порядка. И еще: я кое с кем потолковал, так вот, за трупом приезжали двое ментов и на кладбище его сопроводили, хотя совершенно не их забота бомжей хоронить. Оба мента, по словам моего приятеля, доверенные лица Шерифа. Что за дела они крутят, не ясно, но ясно, что крутят.