– Мы с вами почти подружились, – кивнула я. – Валяйте ваш главный вопрос.

– А вы на него ответите?

– По крайней мере, честно, – усмехнулась она. – В доме вашего мужа жил некто Малахов, Станислав Игоревич, если не ошибаюсь. – Я почувствовала легкое беспокойство и теперь жалела, что не покинула кабинет чуть раньше. – Ваш муж представлял его всем как двоюродного брата. На самом деле в родстве они не состояли. Малахов – человек-загадка, о его прошлом практически ничего не известно. Однако кое-кто из компетентных людей утверждал, что он был не только доверенным лицом вашего мужа, но и человеком, решавшим его проблемы. Вроде той, что возникла с Лазарем.

– Штатный киллер? – усмехнулась я.

– Вам лучше знать, – жестко ответила она.

– Ирина Павловна, вы имеете дело с девушкой из хорошей семьи без царя в голове, которая легко влюблялась, выходила замуж, а потом так же легко разводилась. За Ломакина я выскочила замуж меньше чем через месяц после знакомства, родителям его представить не потрудилась и о его криминальных подвигах узнала с некоторым опозданием. Рассудила: если дело сделано, то переживать по этому поводу уже не стоит. Вы всерьез думаете, что со мной муж стал бы откровенничать? Он был на двадцать лет старше и, в отличие от вас, считал меня забавной дурочкой.

– Малахов уже некоторое время живет в нашем городе, – не меняя позы, произнесла она. – Преуспевающий бизнесмен.

– Да, я слышала об этом.

– Наверное, слышали также, что он был вашим любовником?

– Что и послужило причиной смерти моего мужа? Ничего подобного, – спокойно ответила я. Когда врешь в сотый раз, угрызений совести уже не испытываешь.

– Пожалуй, я вам верю, – вздохнула Ирина. – Знаете почему? Молва утверждает, что вы очень дружны с Ломакиным-младшим. Трудно представить, что такой тип стал бы терпеть рядом человека, которого подозревает в причастности к гибели отца.

– Не стал бы, это точно.

– И все-таки вы знаете куда больше… Вот как я сформулирую свой вопрос: вы уверены, что человек, которого отправили в тюрьму, действительно убил вашего мужа?

«А вот это удар ниже пояса». Я поднялась, отводя взгляд.

– Как я могу сомневаться, если его осудили? Да здравствует наш суд, самый гуманный суд в мире.

Я уже была возле двери, когда Ирина сказала мне вдогонку:

– Спасибо. Вы ответили на мой вопрос.

Дмитрий Александрович пасся в коридоре.

– Ну, как все прошло? – спросил он, подходя ближе.

– Отлично. Железная леди оказалась милой теткой.

– Милой? – загоготал он. – Что-то особо довольной ты не выглядишь.

– Чересчур много информации к размышлению. Дело это для меня, сам понимаешь, непривычное.

– Брось прибедняться. В вашем почтенном семействе ты единственный разумный человек, не считая отца, конечно.