В этом прикосновении действительно не было ничего похотливого, и Настя даже не вздрогнула. – Годится-то она годится, но не совсем. Я уже успел заметить, что Маша слишком на него жмет. Сперва я был за этот брак, но сейчас вижу, куда дело клонится… У тебя хорошие глаза, ты мне нравишься, и я сразу понял, с тобой можно говорить откровенно. Сейчас он влюблен, но это быстро кончится, если уже не кончилось.

«Если вообще начиналось, – заметила про себя девушка. – Маша думала, что это судьба, а что думал тот?»

– Ему нужна женщина попроще, – продолжал Валерьян Тимофеевич.

 – Более сговорчивая, что ли? Эта для него слишком властная.

– Она мне говорила, что хочет заставить его отремонтировать квартиру, – задумчиво произнесла Настя. – Даже просила помочь, повлиять на него.

– Понятия не имею. Она хотела, чтобы он согласился продать дачу, чтобы за этот счет отремонтировать квартиру, а квартиру потом продать…

Мужчина задумчиво кивнул:

– Примерно так я и думал. Рано или поздно ему должна была встретиться женщина, которая захочет заняться его делами. Но только знаешь что? У нее не получится.

– Нет. Он будет соглашаться, потом – идти на попятный, потом просто бросит ее.

Меня удивляет, что он так поспешно женился. Паника, что ли, наступает? Знаешь, когда мужчина достигает определенного возраста, он вдруг думает, что пора жениться. Глупо…

– Я тоже думаю – глупо. – Настя все больше начинала доверять этому некрасивому серолицему человеку. – Нужно слушать только собственное сердце.

Тот изумленно поднял глаза:

– Так… Кажется, тебе нужно поднять зарплату.

Настя испуганно подпрыгнула на стуле:

– Успокойся. – Он вновь хлопнул ее по колену, властно и вместе с тем ласково.

 – Давно не удавалось с кем-то поговорить по душам. И уж прости, но вы, молоденькие симпатичные секретарши, это уж самый последний разряд людей, с которыми я стал бы откровенничать. Уж слишком вы глупые.

Настя с вызовом на него взглянула. Ей что-то подсказывало, что настал момент, когда она в самом деле сможет сломать все имущественные и возрастные барьеры, поговорить по душам, занять достойное место в жизни. И теперь можно, нет, нужно делать лишь то, что хочешь.

– Да, я только секретарша и никогда ничем другим не была, – сказала она.

 – И плевать. Если бы хотела – стала бы менеджером, но желания не возникало. Дело в другом – мне жалко Машу.

– Она очень одинока. Знаете, как мы познакомились?

И она рассказала историю о том, как случайно увидела Марию, вдребезги пьяную, в кафе. Как та нуждалась в помощи, а никто на свете ее не пожалел. Как та потом всячески стремилась завязать с нею дружбу. Как Настя, у которой, в принципе, не было для этого особых причин, все-таки стала с ней общаться, потому что пожалела.