Крутил девку во всех позах, менял скорость и глубину проникновения, но, сука, так и не разрядился.

– Пошла нахрен! – говорю ей, отталкивая.

– Но вы же еще…

– Нахрен, я сказал, свалила! – огрызаюсь, точно дикий.

Только тогда она в страхе хватает с пола свое шмотьё, и пулей скрывается за дверью. Голышом ныряет в коридор.

Тянусь к пачке сигарет. В неуклюжем пьяном движении толкаю со стола недопитую бутылку спиртного.

– Сука! – цежу сквозь зубы, но попыток предотвратить падение не предпринимаю.

Откидываюсь на постели. Закуриваю. Закрываю глаза, выпуская изо рта дым.

А в голове ОНА.

Она не исчезает. Никак не хочет оставлять меня. Каждую секунду я думаю о ней, а беспонтовые шлюхи лишь вызывают отвращение. Я сам его у себя вызываю.

«Ты не можешь оставить меня одну», – молила Милана, когда я решил уйти. И эта фраза не покидает меня. Каждый день звучит в голове набатом.

Но по-другому было нельзя. Просто, сука, нельзя.

Не думал, что стану таким слабым. Презираю себя. Я, блядь, себя ненавижу за это дерьмо! Где тот мужик, которым я всегда был?

Решаю прокатиться на байке. Разбиться к хуям, если такая судьба.

Докуриваю сигарету и натягиваю джинсы.

На пороге моей комнаты появляется жена.

– Даян… – осторожно начинает она. Очень тихо говорит. Боится меня. Даже помутненным взором вижу – лихорадит ее неслабо.

– Чего тебе? – я даже не поворачиваюсь в ее сторону.

– Тебе нужно прекратить это делать.

– Делать «что»?

– Пить и… – она делает паузу, видимо, собираясь с силами. – И водить домой… женщин.

Усмешка трогает край моего рта.

– Сколько блядей в день приходят ко мне, Асия? – с издевкой спрашиваю я.

– Что? – губы жены расплываются в нервной улыбке.

– Сколько баб в день я имею?"

"– З-зачем ты спрашиваешь?

– Ну, раз тебе не нравятся мои шлюхи, так замени их, жена. Ты же жена мне. Раздвигать ноги по первому требованию – твой долг.

– Понимаешь… Мой сын… Он же видит это все. Кем он вырастет? – глупая хочет запудрить мне мозги. А то я не вижу, как Булат целыми днями с няньками развлекается.

– Иди сюда… – маню Асию пальцем.

Она качает головой и пятится.

Я хватаю жену в последний момент, когда она уже наивно полагает скрыться за дверью.

Девушка брыкается. Быть моей не хочет. Только я ее спрашивать не собираюсь.

Перекидываю Асию через плечо. Смачно бью по заднице.

– Отличная у тебя, все же, жопа! – говорю ей. – Ее мы, кстати, еще не пробовали.

– Отпусти, прошу!

Кидаю ее на кровать, где только что имел другую. Она подрывается встать, но я не пускаю. Всем телом нависаю над ней. Придавливаю к матрацу.

Асия извивается и хнычет, а я тянусь к ширинке джинс.

– Ни скули, сука! Удел у тебя такой – подо мной быть. Не треснешь, не боись.

Трезвею в один миг, когда наши глаза встречаются. Мои пьяные и, переполненные ужасом, очи жены.