С нами, кроме мамы, еще и жена моего брата Аза, но будь мы одни, я бы непременно высказала кузине все, что думаю о ее публичных лекциях в сторону моего брака и мужа.

– Луизу Алиеву! – торжественно объявляет Самира. – Я ее даже не узнала, пока она сама не подошла и не поздоровалась. Похорошела – не то слово. Вот что деньги творят с людьми! Или дело в беременности… В любом случае, она сейчас красотка.

Я холодею, боясь, что Мира затронет имя Мурада, ведь Луиза его жена. Неприлично обсуждать бывших парней при старших, а как бы близка не была мне мама, воспитание не позволяет спокойно обсуждать при ней такие темы. Родители – это родители, а подруги – это подруги. Есть определенные границы в этих отношениях.

– А кто это? – с любопытством спрашивает мама.

– Девочка из нашей школы, – отвечает ей Мира. – Мы не общались в школе, так шапочное знакомство. Но она очень общительная, так что я и без Ляли хорошо провела время на свадьбе. Они с мужем перебираются во Францию на полгода, по его работе, так что нам было о чем поболтать. Ляль, знала бы ты, какая интересная у Луизы сейчас жизнь! Они все время путешествуют по всему миру, сюда приезжают только навестить свекровь.

– Повезло ее мужу с работой, – мечтательно говорит Аза. – А кто он по профессии?

– Бизнесмен, – пренебрежительно фыркает Самира. – Уверена, он мутит что-то незаконное, потому что раньше был таксистом без гроша за душой, а сейчас миллионер и не факт, что рублевый. Неприятный тип, на самом деле. Я бы за такого не вышла за все блага мира!

– У каждого своя судьба, – мягко напоминает мама, которая не любит осуждения. – Неизвестно, кто тебе попадется, Мира. Нельзя высокомерно отзываться о людях, Бог испытывает нас тем, что мы порицаем."

"К счастью, Мире хватает ума не продолжать. Она рассказывает о других гостях, с которыми пообщалась на свадьбе, а я думаю о том, что всего через год после женитьбы Мурад уже готовится стать отцом. Я, конечно, желаю ему счастья, он его заслужил, но мне немного завидно. Ребенок – мое самое большое желание сейчас. И это желание растет с каждым днем, причиняя душевную боль от жажды получить невозможное, и заставляя тайком плакать по ночам, потому именно ночами эти мысли одолевают все больше, не давая уснуть. А моему мужу, между тем, все равно.

Тридцатилетний эгоистичный малыш – вот он кто!

– Я согласна выйти за мужчину, который будет старше меня максимум на десять-двенадцать лет, – разглагольствует между тем Самира. – Совсем старики мне не нужны. Уж лучше остаться одной, чем жить с немощным дряхлым…

– Мира! – одергиваю я ее, взглядом указывая на маму.

Та замолкает, и кусает губы с пристыженным видом.

– Оставлю-ка я вас тут поболтать, девочки, – понимающе улыбается мама, вставая из-за стола. – Нужно взять вещи из сушилки.