Философ смеется, щелкает свое отражение по носу.

— По такому поводу необходимо срочно обязательно выпить! — говорит он.

Берет со стола почти пустую бутылку и встряхивает.

— Как же это я не смог допить… — удивляется он сам себе.

Залпом выпивает остатки спиртного, и, отшвырнув бутылку, опрометью бросается в туалет. Через некоторое время, Философ вновь появляется в комнате, бледный, слегка обрюзгший, с неестественно вытаращенными и неестественно красными глазами.

«Ну вот и все, старый ты болтун, — думает Философ, — ну вот и все… Не пить тебе больше горькую, не читать лекций, не строчить статейки в молодежных журналах…»

Философ садится на кровать, берет с тумбочки сигаретную пачку, вытряхивает одну, сует ее в зубы и тут же с отвращением выплевывает на ковер.

«И не курить — тоже… За все надо платить, ничего не получают даром, и чем больше ты получил, тем больше нужно платить, за новую жизнь надо платить старой жизнью…»

Он яростно расчесывает руки, не замечая этого. Затем ему становится холодно и он забирается под одеяло. Вдруг отворяется дверь номера и в него бесшумно проскальзывает Тельма.

— Замерзла до чертиков! — говорит она. — Пускают погреться?

— Да, конечно… — рассеянно бормочет Философ.

Она выключает свет и начинает раздеваться. Слышен треск расстегиваемых кнопок и визг молний, шорох одежды, стук сброшенных на пол туфель. Раздевшись, девушка ныряет под одеяло, и начинает нащупывать рукой голое тело Философа.

— Сейчас, сейчас… — с легким раздражением бормочет тот.

«Всему конец… — думает он. — Теперь только туман, заброшенные заводы, дырявые, как решето, плотины, насекомые твари, которые лишь притворяются людьми, а рядом с ними такие же бедолаги, как и я. Мы будем вести высокоумные беседы и учить гениальных детишек, а по ночам — ни любви, ни водки, а только — тоска, одиночество, ужас…»

— Что это с тобой, парень? — удивленно спрашивает Тельма. — Перебрал?

Она садится на постели и прижимается к Философу. Тот машинально обнимает ее, но тут же отстраняется, вскакивает и зажигает свет.

— Рехнулся? — кричит девушка. — Глаза режет!

Философ, разглядывая ее, бурчит:

— Потерпи минутку… Что-то здесь не так!

— Ну, что тебе — не так? — капризно интересуется Тельма, сдергивая с себя одеяло. — Голой девки не видел! Иди ко мне!

«И в самом деле, чего мне надо? — думает он. — Такая деваха… Ну может слегка бледненькая… В Эстонии не загоришь толком… Только вот ничего сексуального в ней нет… Кукла, манекен, копия…»

Философ с ужасом начинает пятится.

— Да, что с тобой⁈ — испуганно спрашивает девушка. — Белены объелся!

— Потерпи малость, я сейчас… — с ненавистью кричит он.

«Она не замечает сыпи по всему моему телу, — думает он.