– Вот так всегда, – обозлился Кирюшка, – стараешься, ночей не спишь, а в результате – одна благодарность. Я такой особнячок нашел! И мы получим его бесплатно!

– Послушай, – я сбавила тон, – разве ты имеешь право заверять документы?

– Здрассти-пожалуйста! Я давно получил паспорт.

– Но возраст! Ты ж еще мальчик.

– О боже! – Кирюша закатил глаза. – Прилетит из Англии юрист и все решит. В крайнем случае сделку оформят на тебя.

– Ясно, – бормотнула я. – А что, «Чайка» и дом стоят одинаково?

– Понятия не имею, – фыркнул Кирюшка. – При обменах типа «шило-мыло» никто не ведет речи о цене. Имеешь пентхаус и желаешь махнуть его на канцелярскую скрепку? Пжалста! В общем, так… Отвечай, хочешь дом в Мопсине?

– Да, – кивнула я. – Но честным путем, без обмана.

– Все будут довольны! – заорал Кирюша. – Лампудель, очень тебя прошу, никому из наших ни слова. Если уж ты кислую рожу скорчила, то представляю, как Серега отреагирует. И Юлька. Пусть им будет сюрприз.

Очевидно, на моем лице отразилась вся гамма переживаний, потому что Кирюша заныл:

– Лампуша! Поверь! Все срастется!

– Ладно, – кивнула я, – промолчу. Но ты, в свою очередь, пообещай мне: если у тебя до середины июня ничего не выйдет, ты честно признаешься Марии Мортман в обмане и попросишь прощения.

– По рукам! – возликовал Кирюшка. – Начинаю работу.

– И еще… – я хотела продолжить беседу, но мальчик воскликнул:

– Слышишь шорох? Пока мы тут ля-ля разводим, собаки продукты хомячат!

Я моментально забыла про дурацкую игру в обмен и понеслась на кухню. На что угодно готова поспорить: Капа с Феней передавили оставшиеся куриные яйца, а Муля добралась до тушки цыпы и сейчас в полном восторге грызет белое мясо (окорочка мопсиха не тронет, она у нас фанатка здорового питания). Холестериновые лапы поглощает малоразборчивая Ада, ей абсолютно все равно, чем подкрепляться, она способна, не чихнув, проглотить пару головок чеснока и закусить их нечищеным грейпфрутом…

Где-то около восьми вечера раздался телефонный звонок. Я швырнула в мойку шумовку, которой снимала пену с супа, и схватила трубку.

– Позовите Евздрапию Андреевну Романову, – услышала я вежливый женский голос и тяжело вздохнула. Если у вас в паспорте в графе «Имя» стоит «Евлампия», будьте готовы к тому, что окружающие будут перевирать его самым диким образом.

– Евлампия у телефона, – ответила я, ожидая, что незнакомка воскликнет: «Ой, простите». Но на другом конце провода заявили с негодованием:

– Мне нужна Евздрапия.

– Простите, такой здесь нет.

– Зачем тогда берете ее телефон?

– Я взяла свой сотовый!

– Но мне нужна Евздрапия Андреевна, частный детектив.

– Это я, вы просто неправильно произносите мое имя.

– Да? – с легким сомнением спросила тетка.