Я повалился на землю и, сделав глубокий хрипящий вдох, тут же закашлялся. Звенящая темнота потихоньку стала отступать, и я начал краешком сознания воспринимать окружающую действительность.

Неподалеку от меня что-то происходило. Слышались какие-то обрывистые крики:

— Мразь!.. Ублюдок!.. Убью!

С трудом, но я узнал этот голос. Я повернул голову и попытался сосредоточить расплывающееся зрение. Неподалеку от меня лежал Кирпичев, на нем сидел Стас и методично обрабатывал его профилактическими ударами. Даже учитывая то, что он берег правую руку и бил не в полную силу, результат для здоровья Кирпичева мог быть довольно плачевный.

— Стой! — прохрипел я. — Остановите его… — Я попытался подняться, но тело меня пока не слушалось.

К счастью, в этот момент к Стасу подскочили Саня с Андрюхой и оттащили его от Кирпича. Тот отполз на несколько шагов, потом довольно резво поднялся с земли и побежал прочь. Я внимательно следил за его удаляющейся фигурой. Вроде бы бежит прямо, не шатается. У меня сразу отлегло от сердца. Мозг не поврежден, а это значит, что жить будет. И, что самое главное, будет молчать. Я обессиленно откинулся на землю и уставился в темнеющее небо. Мне нужно было восстановить дыхание и подождать, пока успокоится отплясывающее бешенную кадриль сердце.

Надо мной склонилось обеспокоенное Иркино лицо.

— Смирнов, ты как? Живой?

— Вроде бы да, — хрипло ответил я.

И тут она внезапно наклонилась ко мне и буквально впилась в меня своими губами. От неожиданности у меня вновь перехватило дыхание. Я лежал, как совершеннейший тюфяк, не понимая, как быть в такой ситуации. Тем временем вокруг раздались веселые возгласы и улюлюканье моих друзей.

Наконец Ирка оторвалась от моих губ, и, вся раскрасневшаяся, весело посмотрела на меня и сказала:

— Круто ты его уделал! — А затем, нахмурившись, добавила: — А потом повел себя, как дурак. Он же притворялся. Это было сразу видно!

— Миронова, ты что, с дуба рухнула? Я опять чуть сознание не потерял, — пробормотал я, удивленно глядя на Ирку.

Судя по ее довольной улыбке, она восприняла мои слова, как комплимент.

В этот момент ко мне подошел Стас и, наклонившись, протянул руку:

— Ну, герой, что ж ты своих архаровцев не научил, как действовать в таких ситуациях? Этот урод тебя чуть не задушил.

Я схватил руку Стаса и поднялся на ноги. Проигнорировав его вопрос, я осмотрел своих пацанов. Все были целы. Только Женька Андреев, морщась, потирал ушибленную челюсть.

— А Пашка твой — ничего. — Улыбнувшись, я глянул на Стаса. — Не спасовал. Так втащил этому Быкову, что того напополам согнуло.

Стас с гордостью посмотрел на брата и одобрительно кивнул.

В это время к нам подошел Серега Сабуров.

— Держи, Егорыч, ты уронил. — И он протянул мне мой куботан.