— Воздушные змеи — моя слабость.

— Спросите лучше у мальчиков, — рассмеялась она, — это их змей.

— О, ваш приятель может поиграть с нами, мисс, — пропищал мальчишеский голос, и Эррол хмыкнул, благодаря парнишку, у которого было такое грязное лицо, каких Эррол давно не видывал.

Марни и Эррол играли с мальчиками и их змеем, пока те не отправились домой пить чай, и к тому времени волосы Марни совершенно растрепались, а искрящиеся зеленые глаза взглянули на Эррола, когда она обернулась к нему, помахав мальчикам рукой на прощание.

— Вот было здорово! — воскликнула она и бросилась на траву, а он присоединился к ней.

— Сигарету? — Он вынул портсигар, и она взяла одну.

— Боюсь, я никогда не повзрослею, — рассмеялась она, наклоняя голову к зажигалке.

— Нет, никогда не взрослейте. — Сигаретный дым проплыл мимо его глаз, с одобрением рассматривавших ее. — Вечное дитя природы. Вам это идет.

— Представляю, как я выгляжу, — ответила она, но не попыталась пригладить волосы. Она лениво лежала в траве на спине, с удовольствием дымя сигаретой и ощущая теплое прикосновение солнца к голым рукам и ногами. Сквозь ресницы девушка наблюдала, как несколько легких облачков плыли по голубому небу, она воспринимала Эррола Денниса таким же приятелем, как и ее кузен Дерек. Она совершенно забыла в эту минуту, как Дерек напугал ее в тот вечер, внезапно обнаружив далеко не братские чувства.

— Да, утешительное зрелище, — сказал Эррол и слегка коснулся пальцем кончика ее вздернутого носа. — Деточка, как вы ухитрились уговорить свою родню отпустить вас одну в эти джунгли, именуемые Лондоном? Разве мамочка не тревожится за свою любимую овечку?

— Моя мама умерла восемь лет назад вместе с отцом…

— Послушайте, какое несчастье! — Он выглядел сочувственно, и она рассказала про пароход, пошедший ко дну в Ирландском проливе и унесший из ее жизни двух восхитительных людей.

— Все равно я никогда их не забуду, — сказала она. — Когда они были со мной, я была по-настоящему счастлива. Мне очень повезло. Похоже, многие дети родятся у тех, кому они на самом деле не нужны, но я была нужна им, совершенно и полностью, и это было чудесное чувство.

— Марни — дитя любви, — пробормотал Эррол своим ласкающим ирландским голосом, и Марни не сразу заметила, что он накрыл своей рукой ее руку, лежавшую в траве. — Марни — очень редкое имя. Откуда оно взялось?

— Это комбинация имен моих родителей, — объяснила она. — Папу звали Гленн, но мама всегда называла его Гленни. А ее звали Мари, и они сложили оба имени, и получилось Марни. — Вот теперь Марни почувствовала руку Эррола и поспешила вытащить свою. — Не… не флиртуйте со мной. Будем просто друзьями, — попросила она.