Ее затрясло от негодования, ведь это была ЕЁ кружка!

— Что здесь творится??? — буквально зарычала старуха, влетая в кухню на негнущихся ногах.

Увидев же, что юная рыжая служанка — наглая, противная и совершенно неуправляемая — бесцеремонно и жестко выбрасывает на пол всю посуду из буфета, все тряпки, которые благополучно пылились там не один год, все сгнившие запасы, о которых Двина уже и позабыла в связи со старческими немощами — старуха едва не получила удар.

— Ты! Ты!!!! — завопила она, но голос её предательски охрип, а рука, которой она хотела тыкнуть в сторону ненормальной девки, начала неистово дрожать.

 — Какого беса ты тут творишь, карнаухая!!! Рыжая собачья дочь! Конопатая лахудра!!!

Девчонка медленно развернулась с лёгким удивлением на лице, после чего лучезарно улыбнулась.

— О, Двина! Заходите, коли не шутите! А я решила немного прибраться в вашем свинарнике. Вы ведь не возражаете? Что? Реально возражаете??? А зря! Я ведь только помочь хотела. К тому же, выполняю ваше поручение: РАБОТАЮ, чтобы не даром есть хлеб! А работы тут, я посмотрю, не меряно! Грязище, вонище, на скотобойне и то чище…

— Прекрати! — рявкнула старуха, сверля девчонку взглядом лютой ненависти.

 — Какого демона ты тут хозяйничаешь, пустая утроба??? Кто тебе позволял трогать мои вещи, выродок лешего и водяного???

Девчонка скривилась, забавно сморщив нос.

— О, как богат и могуч ваш словарный запас! Заслушаться можно…. Но вы садитесь, садитесь, в ногах правды нет…

— Убирайся! — разошлась Двина не на шутку и начала оглядываться в поисках какой-нибудь палки, которой можно было бы наглую девчонку огреть.

Палок не нашлось, поэтому старуха схватила первое попавшееся — ту самую многострадальную кружку — и запустила ею в рыжую бестию.

Естественно, силы в руках Двины было совсем немного, поэтому бросок вышел весьма жалким.

Девчонка рассмеялась.

— Вы так забавно злитесь! Но поверьте, это не поможет. Я решила, что свинарнику здесь не бывать, значит, будет так, как я решила!

И с этими словами рыжая отвернулась, чтобы и дальше выбрасывать залежавшееся, но такое драгоценное старье из видавшего виды буфета…

* * *— Жун!!! Побей ее! — старуха буквально ворвалась в грязную тёмную спальню на первом этаже.

Храпящий на проваленной кровати старик испуганно хрюкнул, проснулся и с кряхтением присел.

— Ты чего кричишь, карга старая??? — проворчал он. — Голова и так раскалывается…

— Щас двину тебе палицей по башке, и она вообще расколется надвое!!! — проскрипела Двина угрожающе. — Поднимайся, боров, и иди поколоти ту рыжую бестию, которая вчера приехала.