На вид ничего зловещего в ней не было.

Половинки крышки были заклеены лишь кусочком липкой ленты, и Мазур ее вмиг перерезал коротким лезвием швейцарского ножа. Заглянув туда, удивленно поднял брови. Потом, не колеблясь, запустил в коробку обе руки и вытащил хреновину весом килограммов в десять.

Ну, очень интересная была хреновина, право слово. Короткий толстый цилиндр с ручкой для переноски наверху, матово-серого цвета, с торцов и еще в четырех местах украшенный интернациональным знаком радиационной опасности: черный трехлопастный пропеллер в желтом круге. Для грамотных были и надписи на четырех языках: «Опасность! Радиация!» — английский, французский, кажется, португальский и один из местных. Вокруг всего цилиндра, по линии разъема, и сверху и снизу, красовалось с дюжину маленьких проушин, явно отлитых заодно с вместилищем.

Подобных проушинок Мазур вдосыт насмотрелся на других предметах, сплошь и рядом никаким боком не связанных с радиацией, и прекрасно знал, для чего они служат — для опечатывания. Ага, вот и пластиковый пакет с пучком коротеньких проволочек, и такой же мешочек с пломбами, и никелированные щипцы-пломбир, которые должны были оставить с обеих сторон печатей оттиск герба республики.

По правде говоря, ребус был нешуточный. На кой черт Стробачу контейнер с чем-то радиоактивным? Самое последнее, что может понадобиться в данной ситуации — а точнее говоря, на хрен не нужно. Не более чем зонтик от солнца в Антарктиде.

Какое-то время Мазур стоял в тягостной задумчивости, а если честно — в полной обалделости. Эта штука настолько не вязалась со всем окружающим и происходящим… И тем не менее она зачем-то присутствовала, зачем-то ее взяли в поездку, куда берут только необходимое. Загадка. Сейф с ключом внутри…

Цилиндр не опечатан? — что раз. Три массивные накидные застежки не защелкнуты. Может это означать, что внутри ничего нет? Может. А может и не означать, поди догадайся, что там Стробач собрался учудить в очередной раз…

Как любого нормального человека, Мазура нисколечко не тянуло без прямого приказа совать нос в коробку, помеченную знаками радиационной опасности. Но и оставить загадку неразгаданной он не мог из чисто прагматических соображений: если у противника обнаружилось что-то непонятное, его непременно следует изучить, это одно из правил ремесла. Контейнер не запечатан… Защелки не задвинуты…

Мазур приподнял обеими руками тяжелый контейнер и как следует потряс. Ни малейшего звука изнутри. Либо там ничего не было, либо что-то туда утрамбовано так плотно, что не шелохнется. Но пломбы не наложены… Защелки болтаются свободно…

И Мазур решился. Достал из ножен кинжал и лезвием приподнял крышку, так, чтобы вмиг опустить, если узреет что-то непотребное.

Ничего. Пусто.