Да бог бы с ними! Бог с ними – если им нравится, пусть продолжают жить-играть в то, что им нравится, а она на свободу! И девочка сбежала в тот же день к бабуле с дедулей, словно чистого воздуха вдохнула полной грудью. Правда, поплакала на плечах стариков, жалуясь на мать, но недолго. Бабуля всегда умела подобрать правильные слова и объяснить реалии так, что Алисе сразу становилось легче на душе и как-то все делалось ясным и очень понятным, в том числе про маму и про ее жизнь. Но это мама, и это больно, когда она игнорирует своего ребенка.

Но… «мамы всякие нужны, мамы всякие важны».

Ладно, проехали. Наступал новый учебный год, и, уже окончательно поменяв место жительства, девочке требовалось менять и школу.

Алиса не определилась пока со своим жизненным путем и выбором профессии, зато имела способности намного выше средних и явную тягу к точным наукам, что неудивительно при папе ученом, дедушке еще большем ученом, да и бабушке, всю жизнь проработавшей заведующей архива в университете. Потому она выбрала специальный лицей с уклоном в точные науки, расположенный очень удачно неподалеку – в соседнем районе.

То есть лицей, в котором преподавали более углубленно, чем в обычных школах, курс математики, геометрии, физики и химии, а также с серьезным, практически вузовским преподаванием английского.

Попасть в тот лицей было весьма непросто, но возможно, при определенных связях, горячем желании и сдав на весьма высокий балл вступительные тесты. Связи нашлись, желания у Алисы было хоть отбавляй, а тесты она прошла не парясь."

"Денис Кедров поразил Алису с первой минуты, как только заговорил, с интересом и эдакой задоринкой поглядывая на новенькую девчонку.

Он провоцировал, ясное дело, но ей понравилось чувство юмора этого парня и то, что он вовремя остановился, не съехав в пошлость. Да и развеселил он ее, и заинтересовал очень так… по-девчачьи.

Личностью Денис Кедров был неординарной, яркой и определенно выдающейся, но в лидеры класса не рвался совсем, хотя, имея серьезный бонус и аванс в виде крепкого авторитета в среде ровесников, мог стать таковым, не прилагая практически никаких усилий.

Но для Дениса ценнее всего было состояние и ощущение некой внутренней свободы, позволяющее ему не загоняться в диктуемые сообществом рамки и правила. К тому же, будучи пофигистом во многих аспектах (кроме программирования, разумеется, занимавшего все его помыслы и устремления), он совершенно не загонялся и не привязывался к чужим мнениям о себе и о том, как должно и нужно жить, чтобы достичь высокого социального статуса в будущем.