– Так как-то, навеяло…

– Ладно, подруга, – переключился на свой обычный ироничный тон Денис, уводя их обоих от опасной черты у ностальгической грусти. – Ты вот лучше скажи мне, подруга, как климатолог климатологу, что у нас с климатом происходит-то, а? Все фигово? Природа ведь психует реально.

– А что с ним происходит? – наигранно подивилась Алиса, переводя дыхание, сразу же подхватив заданный Кедровым тон. – С климатом все в порядке: он меняется, как ему и положено.

– То есть чехарда всякая с наводнениями, дикими морозами, снегопадами бешеными, оттепелями невменяемыми и жарой запредельной будет продолжаться? – умеренно негодуя, уточнил Денис.

– Будет, – усмехнувшись, заверила Алиса. – Причем с нарастающей динамикой.

– Охренеть, – даже как-то расстроился Кедров. – Что, ледниковый период на нас надвигается? Мы замерзаем? Или таки глобальное потепление?

– Честно говоря, все это… как бы так сказать… – подбирала слова Алиса. – Мягко выражаясь, несколько преувеличенные популистские и дилетантские трактовки для массового потребления и недоказанные версии, и не более того.

Хотя потепление имеет место, куда ж без него.

– Тогда почему же погоду так колбасит, если только версии?

– Потому что это нормально, – пояснила она.

– Что нормально? Вот такая зима, как у нас нынче была, и весна со странностями? Или ливни бешеные, города смывающие? Или жара и сумасшедшие торнадо в Америке? – посмотрел на нее с большим сомнением Кедров."

"– Да, – покивала, коротко подтвердив, Алиса. – Потепления случались в жизни планеты не раз, и некоторые из них были реально губительными.

Климат Земли никогда не находится в одном стабильном состоянии, постоянно меняется. Человечеству просто невероятно повезло появиться, жить, развиваться и цивилизоваться в межледниковый период, который протекал, как понятно из названия, между большими ледниковыми изменениями. И являл собой очень мягкое и комфортное состояние для выживания людей, хотя климат и менялся достаточно заметно в этот период.

– То есть вся эта катавасия с погодой, это все-таки потепление? В том смысле, что сначала похолодание? – заинтересовался всерьез Кедров.

– Ну, примитивно можно определить и так. Просто ледниковые периоды длятся от десятков до сотен тысяч и миллионов лет, а эпохи, в которые они входят, до десятков миллионов и больше. И в рамках их протекания меняется и климат. Когда скоротечно и быстро, с явными изменениями всего за тысячи лет, когда медленнее. Это можно отследить даже по мировой литературе.