— Вовчика? — уточнил Невродов.
— Да, именно его... Я в последние дни довольно плотно общался с этим Вовчиком.
Истерик. Фанатик. Параноик. Назовите его, как угодно... Говорил с ним о собственной жене...
— Конечно. Ни перед чем не остановится, все зальет кровью.
— Взял. Но сейчас он на свободе. Осоргин освободил его до суда.
— Осоргин был у меня.
— Он в ужасе. Не знает, что делать.
— Зовите судью из другой области.
— Этим сейчас и занят. Понимаешь, Паша, прием, который мы использовали прошлый раз, когда Анцыферова сажали... Пробуксовывает. Ведь тогда мы тоже пригласили судью со стороны.
— Как же быть? — спросил Пафнутьев.
— Судить. Несмотря ни на что судить.
— То, что Вовчик сейчас на свободе... Он ведь не сидит, сложа руки... Запугивает всех свидетелей, потерпевших, судей.
— Ну, почему всех... Тебя ведь не запугал?
— А Осоргин? Он же в штаны наделал!
— Приходил, объяснил мне свое решение. Нашел какие-то зацепки, исключения, статьи. Я спросил у него — ты-то сам понимаешь, что все это чушь собачья? Понимаю, говорит. Знаешь, они выстрелили в его гараж из гранатомета. Представляешь, что такое нынешние гаражи? Это маленькие склады. Там есть все на двадцать лет вперед, все, что может понадобиться машине, хозяину, его детям — внукам. Железные ворота не предназначены для боевых действий с применением гранатометов.
— У меня нет машины.
— Но у тебя есть жена, Паша.
— И еще мне нравится ваша секретарша.
— Вы оба с ней заблуждаетесь насчет ее строгости. Вас обоих ждут чрезвычайно неожиданные открытия в ее характере, возможностях и устремлениях. Это будет просто взрыв.
— Еще один? — усмехнулся Невродов.

















Комментарии
Добавить комментарий