— Со своими приятелями я порвал... К сожалению. Да они и не интересуются такими вещами, у них другие забавы.

— Помню, — кивнул Пафнутьев.

— Знать о патронах мог только человек, который участвовал в той операции, — Худолей исподлобья посмотрел на Пафнутьева, давая понять — от тебя, Паша, цепочка тянется.

— А кто участвовал? — спросил Пафнутьев. — Ты да я! И все!

— И двое оперативников, — подсказал Худо-лей негромко, но настойчиво. — И двое понятых, которые протокол подписывали... Оперативники приехали на машине, там был водитель...

— И нас с тобой Андрей привез.

..

— Вот-вот, — произнес Худолей, продолжая в упор смотреть на Пафнутьева. — Уже с десяток набирается...

— Пропала вся упаковка? — уточнил Пафнутьев.

— Да, с коробкой вместе.

— Двенадцать патронов?

— Было двенадцать, — поправил Худолей. — Но два мы использовали, испытали, так сказать, изделие... В коробке осталось десять. Вот они и пропали. Теперь будем ждать взрывов. Эти взрывы не спутаешь с другими.

— Так... Наверняка узнаешь?

— Да, Паша. Там очень своеобразная взрывчатка... Есть и еще признаки. Не ошибусь, не боись.

— А когда их могли взять?

— Если честно — в течение последней недели.

Я видел их, когда готовил заключение. Еще раз сходил посмотреть. Это было пять дней назад. Все они были на месте. В тот день Неклясов приходил, помнишь?

— Ну что, будем менять замок?

— А чего его менять? — Худолей передернул плечами и грустно уставился в окно. Но, помолчав, снова в упор посмотрел на Пафнутьева. — Помнишь историю с банком «Глобус»? Они замки поставили, каких свет не видел. Половину окон кирпичом заложили. Решетки из нержавейки на окнах поставили. Окна в подвал бетоном залили.

У каждой двери по два автоматчика поставили... Броневик пригнали из Германии. Все двери заменили на стальные. И сигнализацию установили такую, что милиция дважды приезжала — мышь где-то пискнула... А чем кончилось? Бухгалтер взял все деньги и был таков. И до сих пор. Купил где-нибудь в Бразилии ресторан, балдеет на карнавалах, любуется, как черные красотки задами трясут...

— Ты хочешь сказать, — медленно проговорил Пафнутьев, — что у нас завелся внутренний враг?

— Да, Паша, — вздохнул Худолей. — Да. Или же у этого человека свои ключи, или же он воспользовался твоими.

., моими. Заменишь замок, он опять использует твои же ключи, если ему что-нибудь приглянется. Думай, Паша, думай, — Худолей поднялся.

— Пиши объяснительную.

— Будем оправдываться. Нам же отвечать за эти патроны. Они во всех протоколах упомянуты. Мы не можем сделать вид, что их не было.

— Списать их надо, — подсказал Худолей. — Мы с тобой взорвали два? Взорвали. Напишем, что взорвали все двенадцать. Нарушим закон, сейчас все так делают.

— Нарушать можно...