— Говори, что тебе надо, Розалинда, — перебил чистокровную эльтонийку.

Та, ничуть не смутившись, мгновенно перешла к делу:

— Эрик, золотце моё, будь моим адвокатом, пожалуйста!

— Прости, но бракоразводными делами я больше не занимаюсь, — ответил ровно, наблюдая за тем, как после поднесения ладони к датчику из диспенсера выдавливается пушистая белая пена. Шварх, почему так медленно?

— Ну, Э-э-эрик, на этот раз будет действительно последний развод! Честно-пречестно! Я его так любила, а он, оказывается, вообще мне не доверял… Разве люди, которые по-настоящему любят, проверяют?! — патетично заявила Розали, прикладывая тыльную сторону ладони ко лбу.

Сейчас, моя руки, я через зеркало мог внимательно рассмотреть её лицо: припухшие от слёз глаза, красноватый нос, подрагивающие губы с алой помадой. Определённо, Федерация многое потеряла в лице Розали, которая, вместо того чтобы пойти на сцену Межгалактического Театра, занялась «хомутанием» мужчин побогаче. И в первый раз я, как малолетний прыщавый идиот, поверил этой дерзкой лгунье, что она действительно любила мужа и на самом деле это он ею воспользовался, после чего выставил за порог без кредита в кармане, хитро составив документы.

— Людям, которых по-настоящему любят, не изменяют, — ответил, споласкивая руки.

— Вот! И я то же самое говорю! — Розалинда просияла. — Ты точно сможешь справиться с моим делом! Всего-то требуется доказать, что измены не было. А у Томаса заело, как флешку у робота: я слишком поздно возвращаюсь с работы, не пришла ночевать домой, а наутро он ещё и запах алкоголя учуял. Просто чёрная дыра! Говорит, развод!

«А так как развод из-за измены, то, согласно брачному договору, ты ничего не получаешь», — добавил я мысленно.

— Это всё не доказательства, — пожал плечами. Помогать Розалинде не было никакого желания, но чем Вселенная не шутит? Вдруг на этот раз она действительно испытывает к мужу глубокие чувства? — Ты могла после работы зайти в салон красоты, не прийти ночевать — потому что на Маркетхолле ночь скидок, а алкоголь… купила в подарок коньяк в космопорту, а бутылка разбилась, и часть попала на тебя. Вот и всё.

— Точно! Эрик, ты гений! — Розалинда аж подпрыгнула и захлопала в ладоши. Но овации длились секунду или две. — А мужские носки под кроватью? — неожиданно спросила она. — Их как-то объяснить можно?

М-да… как была, так и осталась охотницей за мужским состоянием. Ничто в этом мире не меняется.

— Ты могла ими протирать пыль, потому что на руку надевать удобно, — бросил, стряхивая воду с рук и направляясь к выходу из туалетной комнаты.

— О! Вейсс, я нанимаю тебя! Сколько ты стоишь?! — обрадовалась наглая эльтонийка.

— Нисколько, — сказал через плечо обескураженной женщине.