Видимо, на моем лице очень уж живо отразилась вся тоска израильского народа, страдающего в египетском рабстве, так что распорядитель всего этого действа немедленно обратил взгляд именно на меня:

– Майкл! Может, ты покажешь нам, как правильно нужно стрелять? Вижу, ты тут заскучал! И не сочти за труд прокомментировать успехи наших стрелков. Вот как раз принесли мишени! Что скажешь, Майкл?

Я посмотрел мишени, пестрившие дырочками от пуль (девятка… десятка… девятка… восьмерка… девятка… десятка. Кучно палят ребята!), и равнодушно отложил их в сторону. Посмотрел в хитрые глаза седого старого полицейского и с сомнением помотал головой:

– Плохо! Очень плохо!

– Что плохо? – Лицо седого стало серьезным.

 – Посмотри, все пули в центр! Считаешь, что сможешь лучше – давай, покажи нам!

Я подошел к «прилавку», на котором лежали десять револьверов, выбрал один – «Кольт» 45-го калибра. Увесистый, хорошо ложащийся в руку. Откинул барабан и медленно, без спешки набил каморы патронами. Хорошая штучка! Ей-ей, всегда испытывал тягу к револьверам! Есть в них что-то такое… для гурмана! Пистолет – это фастфуд.

Схватил, сожрал и дальше побежал! Револьвер – для настоящего знатока. Точный, не дающий осечек, приятный для руки. Ну… мне так кажется. Может быть, это и глупо.

Взвел тугой курок, опустил руку вдоль тела и… выбросил ее вперед, целясь в центр мишени!

Бахнул выстрел – основательно так, громко, в руку толкнуло. Солидный ствол, хороший!

– Принесите кто-нибудь мишень, – попросил я.

С места сорвались два курсанта, и через несколько секунд мишень лежала передо мной. С дыркой точно в «десятке». Ну… почти точно в «десятке» – чуть-чуть сдвинулось вправо, что меня ничуть не удивило и не расстроило, револьвер-то не пристрелянный, незнакомый.

Да и давно не тренировался, а что не говори, без тренировок навыки все равно хоть немного, но теряются. Если бы я не занимался в тире в родном городе, результат был бы еще хуже. Ненамного, но хуже. Хотя… тут расстояние-то… ерунда! Пятнадцать метров!

Толпа позади меня с интересом смотрела на мишень и разглядывала меня лично. Как и телекамера, которая стояла сбоку и жадно сосала из пространства краски и звуки, проталкивая по пищеводу-кабелям и выбрасывая переваренное в двадцати метрах от себя, прямо в фургон с аппаратурой.

– Поставьте десять мишеней! – попросил я, и несколько курсантов сорвались с места, вешая новые листы. Это не заняло много времени, а пока я взял еще один револьвер – «Смит и Вессон» «милитари энд полис», типичный для копов ствол, один из тех, с которыми тысячи полицейских выходят на улицы городов Америки.

38-й калибр. Он чуть полегче, чем 45-й, и не так оттягивает пояс. Да и отдача у него послабее.