Когда они вдвоем склонялись над красочным журна­лом, в синих-синих, как весеннее море, глазах Прохорова появлялось что-то бесконечно доброе, что-то по-детски беззащитное.

И когда матрос уехал на свой пост, Рультынэ вдруг ощутила вокруг себя какую-то пустоту. Она заскучала, сделалась рассеянной и вскоре с ужасом поняла, что ей до боли хочется хотя бы еще один раз увидеть Ивана. Но она даже не на­деялась, что раньше весны сможет встретиться с Прохоровым. А теперь дед сам предложил за­вернуть к морякам...

— Эй, старик, погоди немного! — крикнул тол­стый приземистый человек с винтовкой в руках.— Нам нужно выйти к колхозу Турваургив. Мы заблудились...

«Наш колхоз ищут, однако»,— удивился Тэмгэн. Может быть, какая-нибудь экспедиция? В прошлом году приезжал ученый из Москвы, искал теплые родники, говорил, что скоро на Чу­котке в теплицах лимоны и помидоры вызревать будут.

Первым движением старого охотника было спу­ститься к незнакомцам, подробно объяснить, как дойти до поселения, а заодно спросить, уж не знают ли они, каким образом попал сюда зага­дочный желтый сундук. Может быть, сундук при­надлежит экспедиции?

Но он не стал спускаться. Только пристально вгляделся в фигуры неизвестных. Что-то очень знакомое было во всем облике толстяка в мали­це и расшитых рукавицах. Да и голос его пока­зался Тэмгэну знакомым. Где он раньше слышал этот зычный, каркающий голос?

Старый охотник вздрогнул. Уж не снится ли ему все? Перед ним не кто иной, как Чимнэ, тот самый Чимнэ, который много лет назад считался хозяином побережья. Ходили слухи, что Чимнэ удрал на Аляску, рассказывали, что видели его труп в горах. А, оказывается, он жив и вот стоит перед Тэмгэном в трехстах шагах.

Появление Чимнэ в безлюдной тундре после многих лет отсутствия казалось охотнику необъ­яснимым. Но давно прошли те времена, когда Тэмгэн был доверчивым, бесхитростным челове­ком. Он сразу же сообразил, что только недоб­рое дело могло привести сюда Чимнэ. И кто те двое с ним? Они не похожи на чукчей.

—   Гони собачек на пост! — негромко сказал Тэмгэн внучке.— А я постараюсь задержать их. Недобрые люди. Сразу видно. Я Чимнэ признал...

Охотник огляделся по сторонам, приметил ша­гах в пяти большой, обточенный ветрами валун. Когда Рультынэ уселась в нарту и собачья упряжка, сорвавшись с места, покатила на­искосок в лощину, произошло именно то, чего больше всего опасался Тэмгэн: грохнул выстрел, за ним второй, третий...

Старик упал в снег, пополз к валуну, укрылся за ним. Сомнений быть не могло: стреляли по уходящей нарте. Но собачья упряжка неслась безостановочно. Вот она спустилась в лощину, вот скрылась за поворотом. Собачий лай затих. Тэмгэн облегченно вздохнул: Рультынэ больше никто не угрожает. Ну, а с этими он как-нибудь справится.