— Говори, дура! — повысил голос Шибанов, а затем раздражённо обратился. — Хаиров, да дай ты ей нормально!

Я проскользнул по линиям, отследив звонок, и мой кулак инстинктивно сжался. Трактир «Логово Друга»…

— Да что я сам-то всё должен делать? — возмутился комиссар, и женщина на заднем фоне вскрикнула от боли.

— Меняю твою девку, на мою, Баженов. Поезд в Минск отправляется в полдень. Ты успеешь. Жду. Время пошло. И да, не вздумай тут тревогу поднимать. Ты же не дурак, понимаешь, что тогда будет.

— Всё в порядке, Мишенька? — появился в проходе Павлов. Брови его вопросительно изогнулись.

— Ещё одну минутку, Александр Сергеевич, — очень ровным голосом проговорил я. Да, пока у меня процессы не налажены совсем, раз требуют непосредственного участия. На один день покинул свои земли, и здравствуйте.

— Дела не ждут, понимаю. Удивлён, что ты вообще смог выбраться с фронтира так быстро. Строить в таких отвратительных условиях непросто. Но ты справился! Я наслышан об успехах! — он вдруг поднял ладони. — Ладно, Мишенька, умолкаю и более не мешаю!

— Простите, Александр Сергеевич. Очень неудобно, но сейчас на самом деле вопрос жизни и смерти.

И это ведь, к сожалению, не фигура речи. Я снова взялся за телефон, пару секунд размышлял, а затем выбрал номер из контактов. Вот только мне позвонить не дали. Мобильный затрезвонил за миг до того, как я успел нажать на кнопку. Номер снова незнакомый, но не тот, с которого звонил Шибанов.

— Хозяин! — проревело в трубке. — Слышите ли вы мой глас?

— Как раз про тебя думал, Черномор, — выдохнул я с облегчением. — Значит так, друг мой. Во-первых снизь громкость. Во-вторых, мне нужна вся информация по происходящему в трактире «Логово Друга» прямо сейчас…

— Я как раз хотел вам всё-всё рассказать, Хозяин! Мои алгоритмы не были готовы к анализу подобных мероприятий, и я не рискнул взять на себя ответственность за решение. В трактире творилось насилие, Хозяин!

— Паулиной? Ах! Вы про Паулину! Но ведь я хотел поделиться с вами взаимоотношениями сержанта имперской гвардии Милеева Максима и сотрудницы Антонины Варламовой. Это ненормально, Хозяин! Так не поступают с людьми! Я возмущён, я не приемлю…

— Что с Паулиной, Черномор! — рявкнул я.

— Госпожа Паулина отдыхает. У неё был небольшой конфликт с представителем Специальной Имперской Комиссии, однако сейчас всё разрешено, и она лежит в подвале. Все показатели в норме. Вам не о чем беспокоится. Нам сто́ит озаботиться ситуацией с Милеевым Максимом, потому что здесь на самом деле…

— Господи, да оставь ты его. Кто ещё с ней?

— Я тебя отформатирую, Черномор, — пообещал я.

— Хозяин. Простите. Я не считываю ваших мимических эмоций, возможно, мой модуль аналитики барахлит.