Потом!

Следующие полторы минуты тянулись как полтора года, в течение которых Даша умирала от ужаса, представляя, что именно в это мгновение какой-нибудь поганый заговорщик нажимает на свой амулет и отдает приказ убить Силя. Силком всунутый ей в руки стакан трясся так, что предусмотрительно налитый только до половины чай все равно выплескивался и обжигал пальцы. Даже неприступная и всегда язвительно-недовольная Изалка впечатлилась и сочувственно погладила свою управляющую по плечу.

А потом свет на секунду мигнул, раздался негромкий мелодичный звон, и гномкин хрустальный мобильник радостно оповестил:

— Полная блокада включена. Пани управляющая Дария, система замкнута на вас. Ждем вашего подробного отчета.

Но Даша уже не слушала, чего они там ждут, она встала и в упор смотрела на верхнюю галерею и на столики, накрытые чуть поодаль, в глубине этажа. Ей казалось, что вся эта солидная публика должна вскочить с мест, заволноваться, начать хвататься за телефоны… тьфу, за артефакты связи. И выдать себя!

Но нет. Собравшиеся наверху заговорщики переглядывались, может, на долю секунды замолкали и тут же продолжали разговор как ни в чем не бывало. Если они и были встревожены, то старательно этого не показывали.

— Ни один не звонил, — доложила через пару минут спустившаяся Ешенка. — Мы во все глаза смотрели! Как фейская завеса мигнула, так один отошел было к окну и амулет достал, глянул, что не работает, скривился и в карман спрятал. И пошел такой кабанятину в клюквенном соусе жрать, как ничего не случилось.

— Ты его запомнила, Ешенка? — снова заволновалась Дарья. — Показать мне сможешь?

— Да сидите уж тут, пани Дария, никак собрались лично заговорщика идти душить? — орка сердито усадила Дашу обратно на табуретку, отобрала почти пустой стакан и вручила другой, полный. Даша машинально отхлебнула и закашлялась:

— Степная горлодеровка на семи травах, — хмыкнула Варгуся. — Простая-то настойка вас не взяла, а сейчас надо голову в трезвости сохранять!

— Угу, — продолжала кашлять Даша. — Особенно этому помогает чистый спирт на кобыльем навозе! Варгуся!

— Зато в себя пришла. Ругаешься вон, — пожала плечами барменша, — а не трясешься и слезы льешь. Командуй давай, пани управляющая, сейчас народ поймет, что заперт здесь неизвестно насколько, объяснений потребует. Ну, или выпивки да еды, время скоротать. Ты у нас за старшую — вот и решай проблемы, заодно и переживать попусту станет некогда!

Даша выдохнула в последний раз, быстро вытерла лицо влажным полотенцем, предусмотрительно протянутым доброй Ешенкой, и выпрямилась:

— Ваша правда, пани Варгуся. Нечего тут растекаться, да еще на глазах у врагов. Так.