Вдруг он был бы плохим человеком и ею просто воспользовался?

— Но ведь с отцом-то ты общаешься, насколько я знаю, а она что? Ей ведь тоже нервничать нельзя.

— Пусть Быстрицкий с её нервами разбирается теперь и слезки вытирает! Она не моя проблема!

— А Полина тоже в опале?

— Да, я на неё обиделась, врушка-подружка! — насупилась Катя.

— Она маленькая девочка, Катя! Мама сказала — она сделала! — возразил Вадим.

— Ну и что? Ей теперь всё можно, раз она маленькая. Вот я большая и обиделась на неё по-большому! Надо уметь отвечать за свои поступки!

Вадим тяжело выдохнул в потолок, прикрывая глаза. Беременная Катя это нечто.

* * *После маникюра и избавления от лишних волос на теле Катя была весь вечер счастливая, следующим вечером, когда Вадим пришел с работы чуть позже, чем планировал, он заметил, что Катя плакала после воссоединения с младшей единокровной сестренкой.

— Как всё прошло? — спросил он её, поймав на кухне за ночным бутербродом.

— Хорошо, — улыбнулась Катя. — Она пойдет в гости к Сергею, чтобы с ним познакомиться ещё раз. Завтра мы едем на УЗИ, в одиннадцать. Не забудь.

Вадим только об этом и думал, у доктора в больнице, где лежала Катя было подозрение, что у неё есть небольшое отслоение плаценты, но нужно посмотреть на оборудовании получше. Катя записалась к лучшему специалисту в городе и ждала своей очереди. Утром она выскочила из своей комнаты растрепанная и злая, её волосы из светло-розовых снова стали пепельными. За эти дни Вадим успел заказать и повесить зеркала в ванных и в коридоре, даже нашёл такую же лампу для спальни, как была раньше. Катя опять ничего не заметила.

— Что такое? Что-то болит? — встревоженно спросил Вадим.

— Семь штанов перемерила, не застёгиваются! Надо шмоток уже прикупить для беременных, а они все отвратительные, как для матрон! — рявкнула Катя, надевая обувь. — Поехали, уже, опаздываем из-за тебя!

Катя демонстративно засунула наушники в уши и села на заднее сиденье, ни разу на него не взглянув, как будто он виноват, что штаны не застегнулись. Вадим чуть не рассмеялся в голос за рулём, по сути, он-то и виноват.

В клинике Катя вела себя всё также, не обращая на него внимания. Они пришли немного раньше и им пришлось ждать. Катя купила себе какао в автомате, села на мягкую скамейку в коридоре и уткнулась в телефон, убрав один наушник, чтобы слышать, когда её позовут.

— О, Вадим, здорово, ты чего здесь?

Он поднял глаза и встал, чтобы поздороваться с мужчиной, они вместе ходили на хоккей. В последнее время он много пропускал, надо было вечером домой, кормить Катю, которая ни разу ничего так и не приготовила.

— Привет, да потому же, почему и ты, — вздохнул Вадим и поздоровался с его женой, которая еле несла свой большой живот, хватаясь за поясницу.