— Макс, ты, дебил? Ты чё несёшь? На хера ты его драконишь? Ему итак херовей некуда?

— Чё то незаметно, всё как всегда, — процедил сквозь зубы Макс.

— Ты руки его видел? Кулаки в кровь избиты.

— Чего ты его всегда защищаешь? Он тебе заплатил что ли?

Павлик всего лишь видел ситуацию немного по-другому, он видел, как с тех пор как Вадим расстался с Катей он будто застыл, изо всех сил пытаясь сделать вид, что ему всё равно. У него это почти получалось, но стоило Кате появиться в радиусе пары метров, с Вадима тут же спадали все маски спокойствия. Павлик видел, как он смотрит на неё, когда она отворачивается, как Вадим отчаянно пытается с ней поговорить, но говорит совсем не то, что нужно или то, что хотел бы сказать на самом деле.

Почему-то ему хотелось помочь, не вышло…

* * *Вадим шёл по коридору второго этажа маленького бизнес-центра, на окраине города, здесь, рядом со складами и авторынком располагался офис, который был ему нужен. Прислушиваясь к тишине, царящей вокруг посреди рабочего дня, Вадим понял, что это место посетил ещё один гость, после которого здесь не осталось ни одной живой души.

Читая надписи на дверях, Вадим шёл вперёд.

Толкнув нужную дверь, он вошёл в приёмную и нашёл там тщедушного паренька в очках, копавшегося в компьютере, и двоих мужчин из охраны Сергея, которые чинно восседали в креслах для посетителей, попивая чай. Они встали, молча пожав Вадиму руку, и кивнули на дверь.

— Сергей Александрович вас ожидает.

Вадим сжал зубы и вошёл в пыточную камеру, которой стал кабинет генерального директора Свиридова И.Д.

В помещении стоял легкий туман и пахло табаком, Сергей восседал за переговорным столом, держа в пальцах зажженную сигарету.

На столе перед ним, кроме пепельницы и чашки кофе, лежал пистолет с глушителем и окровавленные салфетки, Сергей сам замарал руки чьей-то кровью. Быстрицкий даже не повернул головы, когда услышал, что кто-то вошёл.

Затянувшись дымом, Сергей выдохнул и хрипло сказал:

— Только тебя и ждём.

Вадим осмотрел помещение на предмет других людей. Свиридов, с лицом, напоминающем больше кусок сырого мяса, валялся на полу, и Вадиму было всё равно, есть в нём дырки от пуль или нет. В его друге Чичваркине их пока не было. Он сидел во главе стола, бледный как смерть, которая пришла к нему сегодня в обличье человека.

Вадим содрогнулся от того, с какой надеждой тот посмотрел на него, будто он пришел сюда для спасения его жизни.

— Вадим, это не мы, я клянусь тебе, не мы! — залепетал Чичваркин, сотрясаясь всем телом.

— Заткни пасть, уважаемый, или я тебе язык вырежу, — спокойно сказал Сергей. — Присаживайся, Вадим, в ногах правды нет. Да и тут её нигде нет.

Сев напротив Сергея, Вадим присмотрелся к предметам на столе — обугленный нож и остатки биты, только рукоять.