Представляете, какого недюжинного ума должен быть его конструктор?! Мне и подумать-то страшно…
Я вновь посмотрел на детище Хайрема Максима даже с некоторой любовью, попутно заострив внимание на гладком кожухе с крошечным отверстием для заливания воды. На «максимах» образца 1942 года кожух был ребристый, а отверстие-горловина для заливания в него воды очень широким. Так, в него можно было запросто пихать комья снега… Увы, здесь и сейчас такой ход не пройдет, а потому придется подливать воду в кожух из не очень емкой солдатской фляжки.
– Так… Ну вот зарядили мы пулемет – а вот после что главное? Главное, чтобы он не перегрелся во время стрельбы, а также чтобы ленты с патронами не кончались. Ты, Прохор, старайся воду подливать до того, как кожух парить начнет – и обязательно при каждом затишье. Ну и расстрелянные ленты, понятное дело, тут же набивай! Вроде бы в ней целых двести пятьдесят патронов, но как до стрельбы дойдет, так на несколько длинных очередей и хватит, на минуту боя.
Прохор, крепкий крестьянский сын с какими-то угловатыми чертами лица, отчего он все время выглядит каким-то угрюмым, поспешно кивнул:
– Так точно, ваше благородие!
– Молодец, раз так точно… Ну, а стрелять, братцы, легче легкого, смотрите.
Я ненадолго замолчал, размышляя, что же сказать. Ибо прицельные приспособления на этом пулемете точно отличаются от тех, к коим я привык в реальности «Великая Отечественная»!
– Ну, вначале мы с помощью патрона проверяем правильность установки пулемета на позиции.
На глазах парней я провел все манипуляции с патроном, которые уже проводил при первоначальной установке нашего «максима» и его выравнивании на «хоботе» и «ногах».









Комментарии
Добавить комментарий