Воздух был наполнен горьковатым запахом полыни и терпким ароматом чебарки. На стенах висели вылинявшие шкуры, а у одной из них стояли старые деревянные кадушки и крынки с неизвестным содержимым. Возле них висели засушенные птичьи головы и чьи-то рога. В углу высился деревянный идол с вырезанными рунами, отбрасывая зловещую тень.

Бабка Цыба полностью оправдывала свое имя. Эта грязная старуха в лохмотьях была похожа на ожившую Ягу из сказок. Ее сморщенное лицо было покрыто сетью морщин, а глаза сверкали недобрым огнем. Под большим длинным носом торчали остатки гнилых зубов, а длинные седые волосы были спутаны в колтуны.

Старуха была одета в грязную холщовую рубаху и юбку, которые когда-то были белыми. Ее босые ноги были покрыты мозолями и бородавками.

Сгорбившись, она суетилась у печи, помешивая что-то в большом котелке. Ее костлявые руки с длинными кривыми ногтями непрерывно двигались, добавляя в варево неизвестные ингредиенты.

После нападения анчутки она вышла из тумана и долго ворчала о том, что ходят к ней всякие, шастают, беса её пугают. Но в дом пригласила и даже налила в грязную глиняную чашку какого-то отвара.

Пить князь брезговал и оттого вертел башкой, как сыч, разглядывая жилище ведьмы. Та же, закончив варить что-то пряно пахнущее, присела у края стола, смахнула оттуда пару жирных мух и уставилась на Светозара.

— И с чем пожаловал?

Князь рассказал, что приехал он, дескать, привет передать от князя Светозара, правителя земель древлянских.

Эта бабка его прадеда, как оказалось, знала.

— Эт который одну свою ведьму сгубил, а вторую погнал? — рассмеялась она, показывая остатки гнилых зубов. — И сам свои земли источника воды дивной лишил? Слыхивали мы о таком, но знать я его не знаю.

Ты, кажись, ошибся, соколик, не ко мне тебя послали, видимо.

Князь такому обороту обрадовался и решил расспросить, а не знает ли она, к кому ему надо. Как оказалось, не знает, но слыхала, что подле Белого камня живёт древлянская то ли ведьма, то ли ворожея, и по времени, как она там появилась, сходилось.

Пришлось Светозару откланяться и обратно идти. Анчутка, правда, более не пугал и даже совсем не появился. Бабка же проводила его до берега и даже доброго пути пожелала.

Переночевав в той же избе, что и накануне, наутро он двинулся обратно. Получалось, что ему вновь в сторону Любича путь держать, но, не доезжая своих границ, в леса уйти и там уже искать село Камень, что на речушке, а скорее на большом ручье Белом стоит. Где-то там, в глухих чащобах, на болоте и жила ведьма, что пришла много лет назад из его земель.

Гостомысл тем временем и вправду волком серым по лесам рыскал. В Турове князя не видели, но гонец от него был; многие то знавали.