Бабы даже шептали, что посох может открывать двери в другие миры.

Поднявшись к князю, волхв поклонился. Светозар слегка склонил голову в ответ. И рассказал Беловиду, что по пути приключилось. Задумался Беловид. Затянувшаяся зима грозила мором землянам древлянским.

Не посеешь вовремя поля — и не будет урожая. А тут еще и нечисть повылазила.

Ушел он на капище, богов испросить. Но и боги не смогли внятного ответа дать.

Порешили тогда, что надобно задобрить Змея, что в реке Уж живет. Выбрали самую красивую девку да утопили в полынье. Но и опосля этого Лель не проснулась, и весна не пришла.

И тогда Беловид вспомнил о том, что грозил Леший роду княжескому темными богами.

Уговорил князя принести жертву Чернобогу. На капище бычка черного забили, щедро облив идола кровью горячей. Но и этого было мало, ответил Чернобог, но сказал, что гневаются он и Мара, не дадут они Лели проснуться.

Волхвы неделю совет держали и порешили на нем, что нужно Светозару отыскать меч Харалуг и победить темные силы.

Вспомнились князю слова нянькины да отца: «Прадед наш спрятал его, чтобы он в злые руки не попал, да где — не сказал. Говаривали, что хранится он у той ворожеи, что изгнанна им. Хотел он ее вернуть. После того как он Лешего победил, тракт да град построил, иссяк источник живой водицы. Вот и хотел он ведьму уговорить найти новый, только отказалась она, обиду глубокую затаила. Но меч на хранение приняла. А где та ведьма теперь? Никто того не знает».

Понимал князь, что ведьмы, конечно, поболе людского срока живут, но, скорее всего, ее в живых уже нет. А где меч, никто не знает, как говорил отец. Знал он только, что жила она где-то на болоте, аж за самим Туровским лесом, но где точно, только сам прадед Светозар то ведал.

С мрачными мыслями уходит от волхвов князь. Где ведьму искать, а ежели жива, отдаст ли она меч. И даже отдаст, как победить самого Чернобога.

И снова на ум ему пришли слова нянюшки: «Карачун яйцо жар-птицыно заморозил, льдами окутал. От того птица не возродилась и богиню не пробудила. А сделал он то от обиды великой на Дадона. Ему и спасать княжество от неминуемой гибели. Порешили, что князю снова плыть на остров Буян, спасать яйцо…»

Но помнил он, что без меча и верной жены делать там неча. Присел на полати, задумался. Решил, что перво-наперво меч сыщет, а потом уже и суженую свою искать станет. Меч отыскать всё же проще. Хоть какая-то указка имеется.

— Прошка!!! — черноволосая девушка с глиняной бутылкой в руке ворвалась в избу. — Ты опять всю настойку вылакал, супостат проклятый?! — голос её не предвещал ничего хорошего.

Небольшой, покрытый чёрной мохнатой шёрсткой Домовой выронил из руки надкушенный пирожок с капустой и икнул.