У моего супруга, конечно, имелось огромное количество и других вопросов, но меня интересовал теперь лишь один – куда подевалась его дочь Беккинда, и какова была её роль в ментальном порабощении моего брата.   

Несмотря на все старания целителей смотреть на это до черноты обмороженное лицо довольно жутко. Хоть и не скажу, что жалко. Эта мразь никого не щадила.

Я и раньше не могла вспомнить, видела ли когда-нибудь Драмора в Академии, а теперь и подавно не могу его поизнать в этом обезображенном магической заморозкой будущем смертнике, что смотрит на нас обозлённой облезшей крысой.

Допрос начинает Синн. А я сажусь в удобное кресло в сторонке и принимаюсь рассматривать последнего из зачинщиков заговора. 

Он приютился на неудобном колченогом табурете со скованными за спиной руками. Весь такой жалкий, что просто диву даёшься, сколько бед мог натворить этот человечишка в своей алчности.

Драмор даже не думает отпираться, когда ему зачитывают обвинения. Не отрицает и то, что именно он был тем, кто отправил младшего Биарнэ к Рику, приказав заманить его в ловушку в Форсэде. Это их разговор я подслушала тогда в закрытой аудитории. Также Драмор подтверждает, что именно тогда принц был ранен и они получили его кровь, хотя изначально планировали захватить самого Оерика.

На вопросы артефактор отвечает с кривоватой ухмылкой, словно бахвалится своими достижениями. А когда речь заходит об его дочери, и вовсе начинает самодовольно улыбаться.

– Вы можете меня казнить. Но всё равно проиграли, – кривит он почерневшие и распухшие губы. – Аеталь Эббони не быть королевой.

– Правда? – язвительно хмыкает Синн. – И почему, хотел бы я знать?

– Родовая магия Эббони не примет братоубийцу.

Ах ты ж мразь. Столкнули нас с братом и решили посмотреть, кто кого? От плещущейся в крови ярости уже ладони пульсируют и, кажется, клыки с когтями лезут. Но… Пускай говорит. Надо же нам понять, на что они рассчитывали, когда посылали против меня Рика.

– Почему же? Если нет других наследников… а трон Эббона уже заждался истинную Владычицу? Ещё как примет, – равнодушно пожимает плечами мой супруг.

– Есть наследник, – тянет Драмор, находя меня взглядом. – Кровь от крови потомок Эббони. Вы никогда его не найдёте, но придёт время, и мой внук займёт своё законное место на троне Эббона, как я и хотел. И народ с распростёртыми объятиями встретит истинного Владыку. Ты проиграла, братоубийца.

Меня аж подбрасывает внутренне от этого заявления. И внешнее спокойствие удаётся сохранить с огромным трудом.

– Хм. Так вот в чём была роль твоей дочурки Бекки? – поднимаюсь я с кресла и подхожу к задержанному. – Подложил её под принца, чтобы укрепить своё положение ещё и с помощью ребёнка от Оерика.