Сейчас я хочу услышать ответ на вопрос, который мучает меня уже целый месяц, порой буквально не давая спать по ночам.

– Вы узнали причину, по которой король Вальдар внезапно спятил и решил при всех меня убить? – спрашиваю я, надеясь, что, если узнаю наконец правду, то убийца матери больше не будет тревожить мои сны. Тайная Канцелярия не смогла мне дать ответ. Одна надежда на Синна, как бы не раздражал меня этот факт. 

– Он был под воздействием, – мрачно сообщает мне мой бывший наставник, разом оглушая.

– Это… это значит, что он говорил неправду? – мне даже слова трудно подобрать. В груди как-то больно спирает. И дышать становится тяжело. А что… а что, если всё это ложь, и Вальдар на самом деле не убивал мою мать? Что, если он на самом деле не хотел меня убивать?  Что, если Синн казнил невиновного? На глазах у его сына. 

– Правду, Талли, – Синн отвечает ровно и даже немного холодно, явно задетый моим предположением. И этим тоном разом напоминая мне, каким был, когда мы только познакомились. – Со всеми имеющимися у меня доказательствами вины Вальдара в убийстве королевы Милрэт ты можешь ознакомиться, когда заглянешь вот в эту папку, – он кивает мне на принесённую им кипу документов. – Я бы предоставил их тебе раньше, если бы ты не избегала встреч со мной.

– Вы могли передать их через барона Аддора, – сообщаю бывшему наставнику, изображая скептическую усмешку, лишь бы только отвлечься от мыслей об информации, которая лежит сейчас передо мной.  

На папку я теперь смотрю, как на клубок с ядовитыми змеями, под которым спрятана правда. Ведь понимаю, что ужалят, сделают очень больно. Понимаю и боюсь этой боли… но всё равно прочту всё от корки до корки. Потому что должна знать.

– Не мог, – отрубает Синн довольно резко. Ещё и подаётся ко мне ближе, чтобы прибавить, смотря на меня в упор. – Ты сама должна прочесть всё это и решить, какую долю этой информации готова обнародовать.

Аргумент веский. Очень даже. В таком ключе его позиция выглядят очень… благородной по отношению ко мне. Вздохнув, склоняю голову, давая понять, что оценила и признательна. Но вопросов осталось всё равно ещё очень много. Раз уж он здесь.  

– Если здесь только сведения, касающиеся убийства моей матери, то мне будет удобнее изучить их немного позже, – о том, что предпочитаю при этом быть одна, чтобы никому не демонстрировать свою реакцию, я благоразумно молчу. – Давайте, вернёмся к казни её убийцы. Всё-таки я не понимаю, для чего всё это было, его сумасшедший бред, признание, остальное...