Брак, понимаешь? Брак — негодное изделие, — объясняю шутку, чувствуя себя глупой.

— У вас так и было?

— Самое смешное, что да, так и было. Мы ругались во время ремонта, не могли определиться с дизайном. Потом помирились. Ненадолго.

Я замолкаю, вспоминая нашу громкую и некрасивую ссору.

Потом шаткое перемирие и гадкая сцена.

Измену мужа не забыть, я увидела это на дне рождении старшего брата мужа. Я приболела и не пошла, а он отправился на дачу отмечать. Потом я все же решила поехать, не хотела обидеть его брата.

Стала невольной свидетельницей, как муж трахал там девку какую-то.

Я до сих пор помню, как она выгибалась, когда он ее жестко таранил сзади, а она от удовольствия кричала.

Боже, как она кри-ча-ла…

Намного громче, чем я… во время ссоры.

Внезапная боль пронзила низ живота.

Острая и безжалостная, все сильнее и сильнее. Сдерживаюсь из последних сил, а потом… кричу.

Роды?

Нет! Еще так рано, нет…

Глава 1

Она

За несколько месяцев до пролога

Мы с мужем ссоре.

Глупо поссорились из-за дизайна.

Я хотела одно, он — другое, был на взводе, требовал уступить. Я же не хотела, не хотела ему уступать, вцепилась в пастельный мятный для цвета стен вместо приглушенного фисташкового, который хотел выбрать он. Не знаю, что пошло не так и в какой момент мы начали ругаться, прямо в строительном гипермаркете.

Муж утверждал, что я капризничала. Просто капризничала из-за пустяков.

Но у меня было паршивое состояние. Мигрень накатывала, тело дрожало от перепада температур.

Мне было жарко в пальто и холодно без него. Кто-то опрокинул банку с краской, и она жутко воняла.

Я постоянно улавливала этот запах, он меня душил, вбивался в ноздри.

Но муж утверждал, что не чувствует неприятного запаха, а я — просто капризничаю сверх меры и поступаю ему назло.

Я же не могла понять свое состояние — хотелось противоположного того, о чем мы договаривались заранее. В итоге муж бросил:

— У тебя вкус колхозный, Анька! Очнись, ты уже не в селе. Ты, млин, в большом городе живешь. Пора привить хороший вкус!

Он… обозвал… меня… колхозницей?!

Я рассердилась и толкнула в него тележку, нагруженную до краев.

Колесо врезалось в ногу мужа, которая еще была почерневшей от синяка — на строящемся объекте ему на ногу упал тяжелый поддон. Муж прихрамывал неделю, теперь уже не хромал, но постоянно пользовался обезболивающей мазью.

— Совсем больная, что ли? — огрызнулся муж, Артем.

Он достал телефон. Ему снова кто-то позвонил.