– Может, и нет, – согласилась Герда. – Тогда я не исключаю даже машину времени.

– Бред какой-то. Машина времени, космический полет. Инопланетян еще не упомянула. Давай лучше обыщем здесь все…

– Давай. Я вообще уже есть хочу…

– Иди, готовь своего ящера…

– А может, здесь что-то съедобное найдем? – Герда неопределенно ткнула рукой куда-то в угол. – Шоколад, например.

– Ага, семидесятилетней давности… – я осторожно поймал шлемом вывалившийся череп и отложил в сторону. – Вот от пулемета я бы не отказался.

Но с мечтой пришлось расстаться. Никакого оружия в носовом отсеке не нашлось.

Даже завалященького пистолетика. Громоздкая аппаратура, целый прорезиненный баул документации, как ни странно, в отличной сохранности, ящики с приборами непонятного назначения, ну и, собственно, трупы. Три мужских и один женский. На скелетах под скафандрами было надето теплое шерстяное белье, на шейных позвонках висели овальные медальоны. Медальоны обычные, цинковые овалы с перфорацией посередине, но маркировку я расшифровать так и не смог, хотя довольно неплохо соображаю в подобных вещах. Впрочем, ничего в этом удивительного – не с обычными солдатиками дело имеем, а с одной из самых тайных организаций Третьего рейха. Тудыть его в качель.

– Посмотри, – Герда протянула мне несколько снимков. – Что-то очень знакомое…

Я глянул на склейку черно-белых фотографий, на которой была изображена панорама какой-то горной гряды.

– Горы как горы. Труди, давай сначала с бумагами наверху разберемся. Здесь ни хрена не видно.

– Ладно, Макси, – вздохнула эстонка. – Нет, ну должен же здесь быть шоколад…

– Ищи, если должен быть. Все, идем в кормовую часть.

В следующем отсеке почти все место занимала большая стационарная установка, чем-то похожая на обыкновенный генератор.

Точней определить ее предназначение у меня как всегда не хватило знаний. А вот у стен лежали тщательно закрепленные металлические контейнеры. И даже кажется…

Щелкнули замки, я попробовал приподнять крышку, но не смог, прокладки из резины спеклись со временем в одно целое. Еще немного возни и…

– Наконец-то… – я разорвал фольгу, укрывающую содержимое контейнера, взял в руки большую коробку, обтянутую прорезиненной тканью, прочел надпись на ней и сунул в руки Герде.

 – Держи свой Schokolade. Только на твоем месте я поостерегся бы его лопать…

– Когда сиськи вырастут, будешь на моем месте… – эстонка живо выхватила у меня коробку и, попискивая от нетерпения, принялась вскрывать упаковку.

– Может, сначала все вынесем наверх? – Я попытался воззвать к совести девушки. – Ну не видно же ни хрена.

– Заткнись… – эстонка наконец добралась до вожделенной плитки шоколада и с урчанием впилась в нее.

М-да… а я, к примеру, вообще к сладкому равнодушен.