Женский череп – обрамленный волнистыми, русыми локонами. Освещенный только слабым лучом света, он смотрелся особенно страшно. И зловеще…

– Не стреляй! Не стреляй… – позади раздался голос Герды.

– Какого хрена?! – прошипел я, оборачиваясь. – Тебе, что…

Но не договорил, шлем выскользнул из рук, оторвался от скафандра и с неожиданно громким стуком грохнулся на пол. Череп выпал и, прокатившись, – уткнулся в ногу эстонки.

Мама… Я чуть не проверил – не обмочился ли я со страха, но неимоверным усилием воли сдержался. Если так, то уже поздно. Но вроде нет. Сука, выпросил на свою голову приключений…

– Что тут у нас? – Герда присела и спокойно прикоснулась к светлым кудряшкам.

 – Тебе не кажется, что это была женщина?

– Очень ценное наблюдение… – буркнул я, отчаянно завидуя железному самообладанию девушки. – И не страшно совсем?

– Страшно, – серьезно ответила Герда. – Очень. Так же, как и тебе. Живые всегда боятся мертвых, даже если и не показывают этого. Интересно, почему, а вернее – от чего, они умерли?

Я помедлил с ответом, рассматривая трупы. Очень интересный вопрос. У одного разорван на груди скафандр, у остальных вроде как целые.

Все так и остались пристегнутые к креслам, то есть не успели отстегнуться. Или не смогли. Погибли от удара? Так конструкция целая, даже герметичной осталась. Тогда что? Какая-нибудь страшная перегрузка? Декомпрессия? Кажется, тела мумифицировались… или почти мумифицировались. Ладно, хватит строить из себя эксперта, все равно ни хрена не соображаю. Да и неважно это по большому счету. Важно другое – кто они? Но тут же встает другой вопрос: не менее, а может даже более, насущный. Где находимся все мы? И думаю, ответ на него принесет и остальные разгадки.

– Если судить по логике вещей, все достаточно просто… – Герда сделала несколько шагов по проходу и показала рукой на один из скафандров. – То, что они из Германии времен Третьего рейха, сомнений не вызывает. Видишь эмблему на груди?

Я поднес фонарик и разглядел на эмблеме овал, в котором был изображен меч, обвитый лентой и какую-то надпись руническим шрифтом по окружности. Deutsches Ahnenerbe? Аненербе? Ну ни хрена себе…

– Это люди из Аненербе, – продолжила эстонка. – Той самой организации, в которой служил мой дед.

Эта контора занималась очень разной научной деятельностью. Впрочем, и ненаучной тоже. Бесноватый садист просто обожал разные мистические штучки, и ему вовсю подыгрывали его присные. Но здесь мистикой не пахнет. Значит, они производили какой-то научный эксперимент, возможно даже, это тот космический полет, о котором проскакивала информация в желтой прессе.

– На космический корабль сия лоханка не похожа. Где двигатели? Да и вообще, подобное практически невозможно даже сейчас, не то что в те времена.