Скоро проход на пустырь был открыт, и отряд, не ввязываясь в одиночные схватки, как нож разрезал оставшиеся жидкие шеренги обороняющихся и пробился на пустырь. Осмотрев портальный пятачок, Алеш понял, что радоваться было рано: портальную площадку окружили десятки воинов в тяжелых доспехах, и это были не местные стражники. Время неумолимо утекало, впереди маячила новая линия обороны, сзади приближались воины наместника.

— Держите ворота, — приказал он и вышел один против тяжелой пехоты с парализатором в одной руке и бластером в другой.

Грапп стрелял метко, и стоявшие в обороне воины стали падать один за одним.

Они погибали, но с места не двигались, это более чем устраивало Прокса. Его отряд, перегородивший ворота, тоже вел тяжелый бой с превосходящими силами противника, из портала периодически выплескивались подкрепления, не давая каравану пробиться на площадку. Кто-то невидимый очень умело втягивал их в затяжное сражение.

— Листи, — позвал Прокс, — нанесите два удара по площадке, первый — "оцепенение", второй — "прах". Бейте мощно, сил не жалейте, иначе мы все здесь поляжем.

Он продолжал вести прицельный огонь по появившимся из портала новым воинам, ему во что бы то ни стало требовалось занять площадку и не допустить прорыва подкреплений.

Неожиданно воины замерли, а затем на них опустилось густое облако. Оно еще не развеялось, а к площадке устремился караванщик на своей маленькой лошадке, на скаку крикнувший стоявшим в стороне краурам: "Быстро ко мне!". Те, подхватившись, опрометью бросились за ним. Прокс поначалу решил, что толстый демон собрался удрать один, и приготовился пристрелить его из бластера, но караванщик обернулся к нему со словами:

— Хуман, собирай своих и бегом на площадку, уходим!

— Листи, ставь "топь", и отходим.

Он подхватил лежащую черную демоницу и забрался на площадку. Следом отступали ведьмы и бойцы, двух воинов несли на руках. Когда Прокс бросил прощальный взгляд на ворота, он увидел, что в спину дворцовым отрядам ударила еще какая-то толпа. Впереди ее возвышался горой огромный орк с кольцом в носу, который широким махом рубил демонов, оставляя скошенные полосы в рядах врагов, как косарь в густой траве.

Рабы восстали, подумал Грапп и перенесся на следующий слой.

На той стороне были развалины и площадка с извилистой трещиной посередине, пересекающей плиту на всю длину. Она казалась незаживающей раной на белой кости.

— Ушли, — со вздохом облегчения проговорил один из носильщиков. — Все, больше я по этому маршруту не пойду. — Он рывком поправил мешок за спиной и сошел с портала, следом за ним сошли остальные.

Грапп поднял черную демоницу и замер: она была мертва, ошейник туго впился в ее шею и задушил.