Однако, как всегда, она была прекрасна — так прекрасна, что на какое-то мгновение мне даже жалко ее стало убивать, И тут меня осенила догадка, что Селвика могла вызвать Гретхен на сеанс позирования. Значит, их решили захватить врасплох прямо в студии. После окончания «работы» Селвик и Гретхен замолчат навсегда, а сцена будет обставлена так, что их смерть будет похожа на самоубийство двух несчастных влюбленных. И завтрашнее заседание в ООН с треском провалится, Не мешкая, мы с Рондиной возвратились к дому Гретхен. Она позвонила, назвалась, и дверь открылась. Не раздумывая, я толкнул Рондину на Гретхен, и они обе упали в коридоре.

А посреди комнаты с пистолетом стоял Видор Чарис. Я вскинул свой «кольт», но он опередил меня. Резкая боль обожгла мне бедро. Следом выстрелил я. Между глаз Чариса возникла красная дыра, и затылок его взорвался красно-серым фонтаном.

Я подошел к Рондине, рывком поднял ее с пола и с размаху швырнул на низкую тахту, как раз напротив кресла, в котором полулежал Селвик. Правый рукав его был закатан, и на сгибе локтя виднелись две крошечные точки от уколов.

Я услышал, как Гретхен позади меня чем-то негромко звякнула, но не обратил внимания, следя за Рондиной.

— Ну что же ты? — спросил я, — Вот он, Селвик, перед тобой! Приступай к допросу, Рондина! Разве тебе не интересно знать, какой проект мы вынесем завтра на заседание ООН?

Она со страхом смотрела на почти безжизненную фигуру в кресле.

— Я не Рондина, — произнесла она спокойно. И тут я понял, что она не лжет.

В ту же секунду я почувствовал, как что-то твердое и холодное уперлось мне в затылок. Сзади меня раздался серебристый смех Гретхен и ее довольный голос:

— Кончай этот спектакль, идиот! Бросай оружие!

Я повиновался, и все, наконец, понял.

Забрав мой пистолет, Гретхен отошла к окну, держа нас обоих под прицелом.

Мне было неясно только одно: какова роль Рондины во всей этой истории. Но долго ждать разгадки не пришлось, Итак, все же я был прав! Эдит Кейн оказалась-таки Рондиной! Но не той великолепной Рондиной, что я знал когда-то, а так, второстепенной помощницей у своей молодой руководительницы.

Гретхен не видела, как Рондина незаметно вытащила из кармана моего брошенного на диван плаща, последнюю гранату.

Коротко, без размаха, она метнула ее в Гретхен, стоящую у окна, а сама ничком упала на пол около тахты.

В свою очередь я бросился в сторону, чтобы уйти из-под смертельного огня Гретхен. Та уловила бросок Рондины и даже успела выстрелить, но пуля угодила в бар. Изуродованный труп Гретхен волной выбросило за окно. А Селвик в перевернутом кресле оказался невредимым.

Эдит быстро подошла ко мне и, глядя в глаза, тихо повторила:

— Я не Рондина! Но у меня нет сейчас времени доказать это. Мы должны немедленно уйти отсюда.