Кто-то из жильцов, привлеченных стрельбой, успел сообщить в полицию.

Мне ничего не оставалось делать, как через кухонное окно выбраться на пожарную лестницу и быстро спуститься на землю.

Была полночь, когда я добрался до дома полковника Корбинета. Я позвонил ему из телефонной будки и заручился разрешением на визит. Он был дома один и еще не ложился в постель. В большом кабинете стоял письменный стол, шкаф с картотекой и закрытая стеклянная витрина с оружием. Атмосфера комнаты живо напомнила мне о старых добрых временах. Полковник в пижаме и халате варил кофе.

Я рассказал ему о происшедшем, После недолгого раздумья он позвонил кому-то, а потом подытожил:

— Вы оказались правы, Тайгер, — он произнес это явно со смешанным чувством радости и растерянности на лице. — А что вы собираетесь делать теперь? — Покончить с Видором Чарисом, — не медля ответил я.

Когда я возвращался, мое внимание привлекла машина, вывернувшая из-за угла, Зловещее предчувствие острой иглой кольнуло мое сердце. Я мешком упал за мусорными баками. В тот же момент раздался треск автоматического пистолета, Из черного лимузина выскочил мужчина с пистолетом.

Мы выстрелили одновременно. Пуля противника сорвала шляпу с моей головы. Мой выстрел был точнее. Пуля попала в плечо, и он выронил пистолет. Его прикончили компаньоны, открыв ураганный огонь. Раздался звук сирены, и мои преследователи резко развернули машину, спасаясь от полиции. Когда они проезжали мимо, я метнул заготовленный в лаборатории шарик. Он сработал безотказно. Сильный взрыв разметал по сторонам осколки. Полицейская машина остановилась посреди улицы.

Мною никто не интересовался.

И все же в воскресенье я дождался Чариса в кинотеатре. Он быстро увлекся фильмом, но тут к нему подошел мужчина и передал записку. Прочитав ее уже в фойе, Чарис чиркнул зажигалкой и оба направились к двери.

Я дал им фору десять секунд.

Чарис и его спутник поймали такси. Я в другой машине последовал за ними, Они остановились на пустынной улице и вошли в трехэтажный дом. Я выждал пару минут и потом, перейдя улицу, вошел в подъезд, Через чердак и крышу я приблизился к окну третьего этажа.

Из их разговора по телефону я только уловил слово «Селвик». Тут же Чарис вышел и куда-то уехал на автомобиле.

Я впрыгнул в комнату через окно и вскинул руку, ловя на мушку испуганное лицо противника. Я не промахнулся в круглоротого.

Через пятнадцать минут я стоял перед дверью квартиры Эдит Кейн. Открыв дверь, Рондина буквально задохнулась при виде меня. В ее глазах плескался страх и что-то еще.