Гуртуг одобрительно хмыкнул на последнее замечание и, не таясь, втянул носом запах белой Варрэн-Лин, блаженно зажмурившись и прижав уши. Динка с яростью взглянула на него. Как он может в сложившейся ситуации думать о таком? Но тут же смутилась, натолкнувшись на насмешливый взгляд его синих глаз. Он смотрел не на Лириаль, а на Динку, словно ожидая ее реакции. Динка глухо заворчала от досады и отвернулась. Этот варрэн был просто невыносим! Но Динка не собиралась позволять ему насмехаться над собой и гордо вскинула голову, старательно делая вид, что ничего не произошло.

Лириаль, обведя взглядом стоящих вокруг нее мужчин и заметив Дайма, вдруг сдавленно пискнула и целиком забилась под живот стоящего Тирсвада.

— Ты была не в себе. Дайм просто остановил тебя, чтобы ты не нанесла кому-нибудь вреда, — терпеливо объяснил Тирсвад, заметив ее испуг. Но Динка обратила внимание, как дернулась его верхняя губа от вынужденной лжи.

— Убей его! Он ударил меня! — заскулила Лириаль, с головой скрываясь под длинной густой гривой брата.

— Ну тише, тише, — Тирсвад аккуратно переступил через нее, покровительственно положил ей лапу на голову и виновато посмотрел на Дайма.

— Придется простить его. Он не желал тебе зла. И он помог вылечить тебя от болезни.

Дайм скрипнул зубами и отвернулся. Он действительно поднял лапу на Варрэн-Лин с целью убить ее. По законам Варра такое каралось смертью.

— Она сможет отвести нас к Вожаку? Белые прячутся в своих пещерах, перебегают с места на место. Нам не удается поймать больше никого. Нужно, чтобы Вожак поговорил со своим племенем, — обратился к Тирсваду Гуртуг.

Динке пришла в голову неуместная мысль о том, что несмотря на всю любовь и обожание, которые дарили варрэны своим Варрэн-Лин, говорить о женщине в третьем лице, когда она сидит рядом, было у них в порядке вещей.

— Нет, — твердо ответил Тирсвад. — Мы не будем впутывать в это малышку Лириаль. Я отведу ее к отцам и матери. И уже у них узнаю, кто нынче Вожак и где его искать. Один из моих отцов старейшина. Может быть, с его помощью нам удастся быстро собрать боеспособных мужчин и выставить их на стены.

Динка во все глаза смотрела на Тирсвада и не могла поверить в перемену случившуюся с ним.

Сколько она его знала, Тирсвад всегда держался в тени Дайма, Штороса и Хоегарда, изредка позволяя себе высказаться только в кругу стаи. Но неизменно последнее слово оставлял за Даймом, и беспрекословно ему подчинялся. Сейчас же он на равных беседовал с Гуртугом и выступал с готовностью организовать сопротивление белых против уничтожения. На его морде появилась решительное выражение, глаза светились багровыми угольями, и сам он как будто стал выше и шире в плечах.

— Хорошо, отправляйтесь к родителям.