— А что пила? День был жаркий, но у больной нет признаков обезвоживания, — оставив меня, женщина деловито подошла к столу, осмотрела и обнюхала всё, что на нём стояло.

— Возможно, она пила воду из этого кубка, — ответил Дориан вместо присмиревшей Уиззи.

«Средневековая медработница» вернулась к кровати, осторожно подняла кубок с тумбы, поднесла его к носу и хмыкнула.

— Выйдите отсюда, — приказала она Уиззи и рыжему мужчине, который зашёл вместе с прибывшей лекаркой, да так и топтался у дверей.

Сквозь спутанность сознания я едва почувствовала сквозняк и услышала звук закрывшейся двери. А вот отчаянный шёпот Дориана услышала достаточно отчётливо:

— У неё в крови яд, и мощный… Я не узнаю его, но чувствую разрушения, и едва могу их сдержать.

— Желудок промывали? — поставив на стол кожаный саквояж, женщина достала из него небольшую деревянную чашу, какие-то металлические приборы и направилась к камину.

— Тогда велите принести ведро колодезной воды, проверенной амулетами. Ещё мне нужен серебряный стакан и порожний таз. И не входите сюда какое-то время.

Выполнив данные ему поручения, Дориан покинул комнату, оставив меня на попечении седой лекарки и крепкой кухарки.

Следующий час я могла бы провести более продуктивно, если б была в состоянии нормально шевелиться. А так меня усаживали, поили, наклоняли над тазом, и снова ненадолго укладывали.

В итоге я отключилась.

Когда вернулась в сознание, в комнате царил холод — или окна раскрыли нараспашку, или же меня просто знобило. Глаза слипались, тело моё полусидело-полулежало, обложенное подушками, а селянка с ложечки вливала в меня безвкусную скрипящую на зубах глиняно-угольную кашку.

— Можно сделать ей небольшое кровопускание. Справитесь? — отчего-то усмехнулась женщина, которую звали...

— Конечно, Ирмен, — горько усмехнулся в ответ Дориан. — А почему сами не сделаете?

— Останется рана. Зачем вам сложности с перевязками? К тому же я слышала, проколы от ваших м-м… зубов мгновенно зарастают. Хочу поглядеть на чудо природы. Можете считать это ремесленным любопытством.

— Кровопускание правда поможет? Поймите правильно, я не готов испытывать себя лишь ради удовлетворения вашего любопытства.

О чём они? Какие ещё зарастающие проколы?

Дориан взял меня за руку, нежно провёл кончиками пальцев вдоль вен. И оскалился… а на меня вдруг обрушилось воспоминание о рыжем маге, который создавал из воздуха цветные светляки… Накатила даже не паника — первобытный ужас. Испуг усилился невозможностью пошевелиться и, следовательно, хоть как-то спастись. Впрочем, ужаснуться в полной мере не получилось — сознание не стало дожидаться, пока в его носительницу вонзятся вампирские клыки, и снова отключилось.

Вновь пришла я в сознание уже на рассвете.