При том что ботинки у нее были на плоском ходу.

Парень отступил, поняв, что девка она не простая, а проблемы ему не нужны.

Лера еще раз оглядела зал и, снова вернувшись взглядом к парню, поманила его пальцем.

Тот с готовностью подскочил к ней снова.

— Ты, видимо, тут завсегдатай?

— Ага. Часто бываю.

— Тогда скажи мне, а Лёха Полевой сегодня здесь?

— Фамилию не знаю, но вон — Лёха, — выбросил вперед руку, указывая на бар. — И вот этот в желтой футболке.

— Тот лысый гопник за стойкой? — уточнила Соломатина.

— Ага.

— Спасибо, котик, — сказала она и, более не посмотрев в его сторону, двинулась по проходу."

"Бегло глянув на заставленный закусками и выпивкой столик «желтой футболки», она оценила, как он одет, посмотрела на его руки и пошла дальше.

У «второго Лёхи» всё было скромнее. Ни тебе разнообразных закусок, ни разухабистых друзей. Он сидел за стойкой один и тихо беседовал с барменом, потягивая виски.

— За часики свои не боишься? — спросила Лера.

Лысый обернулся на ее голос.

Перед ним стояла высокая, пепельная блондинка с янтарными глазами и загорелой кожей. Полевой нахмурился, вглядываясь в ее тонкие, графичные черты и пытаясь отыскать ее образ в своей памяти. Слишком уж вольно девушка к нему обратилась, как будто они друг друга знали.

— И правда глаза голубые. Нашелся наш мальчик. Ты Полевой? — уточнила она на всякий случай, хотя Patek Philippe на его левой руке развеяли последние сомнения.

— Мы знакомы? — безо всякого выражения спросил он.

— Нет. Но нам и не надо. Пошли со мной.

— Развлечь меня хочешь? — усмехнулся.

Тогда Лера пригнулась и тихо проговорила ему на ухо:

— Если твой обожратый в расп*здину братик заблюет мне новую машину, я вам обоим бошки сверну. Так понятно?

После этого она развернулась и быстро пошла к выходу. Лысый слез со стула и поспешил следом, нагнав ее у дверей.

Они вышли на улицу и остановились у белого немецкого кроссовера.

Лера сняла машину с сигнализации и распахнула заднюю дверцу.

— Забирай.

Лёшка заглянул в салон.

— Он же в говно…

— А я тебе о чем, — поддакнула Лера.

— Эй, Дуремар!

Полевой попытался растолкать братца, и ему это даже удалось. Он почти выволок его из салона автомобиля, но Юлик неожиданно согнулся пополам, и его стошнило. Матерясь, Лёха отскочил в сторону. Потом он извинился за мат, впихнул брата в машину, потом снова выругался и снова извинился.

Лера вытащила из бардачка пачку влажных салфеток и подала ему.

— Вытрись.

Полевой почистил обувь, вытер руки, выбросил использованные салфетки в урну, сунул пачку обратно в бардачок и уселся на переднее сиденье.

— Подвезешь до дома?

— Я?! — спросила она так, будто он попросил не домой его подбросить, а на другую планету.

— До Бульварной.