– Благодаря мне? С чего бы это?

– Ну, уж не знаю, видно, ваши взгляды и ваша манера говорить, да и ваш голос, нравятся нашим слушателям.

– Странно, – пожал плечами Бобров.

– Ну почему же… Я навел справки и узнал, что ваши лекции в МГИМО пользуются большой популярностью. Так вот, мы хотели бы вам предложить стать постоянным участником нашей пятничной программы.

– Да! Программа идет в прямом эфире, мы обсуждаем наиболее острые вопросы, так что заранее готовиться не нужно, а у вас молниеносная реакция и отличное чувство юмора. Соглашайтесь! Знаете, что мне сказала моя дочь, которой двадцать лет и она учится в Бауманке?

– Интересно! – улыбнулся Бобров. – Ваша дочь слушает такие передачи?

– Представьте себе! Так вот, она сказала: «Пап, кто такой этот Бобров? Его так интересно слушать и просто снайперская реакция»!

– Лестно! – засмеялся Бобров.

– Итак, вы согласны?

– Можно попробовать! В пятницу вечером я, как правило, свободен.

– Замечательно! Разумеется, мы будем вам платить, это, конечно, небольшие деньги, но…

– Прекрасно! Просто прекрасно!

Интересно, почему я согласился? – думал Бобров. Не из-за этих же копеек. Хотя мне понравилось это общение в эфире. Неужели из-за той блондинки? Зачем она мне нужна? Или свято место пусто не бывает? Но ведь я могу никогда больше ее не увидеть. Здесь работает масса людей… А я даже не знаю, как ее звать. Я знаю только фамилию ее брата, но она могла сто раз ее сменить… Ладно, поглядим, не к спеху.

Прошло еще две недели. Бобров вместе с еще одним участником программы спустился в вестибюль. Оба остановились, продолжая интересный разговор. Краем глаза он заметил высокую брюнетку, которую видел с той блондинкой. Брюнетка вытащила из кармана телефон.

– Алло, Марта, ну сколько можно ждать? Мы же опоздаем!

Почему-то показалось, что Марта это она. И в самом деле, через две минуты с лестницы бегом сбежала она.

– Сокольская, у тебя совесть есть? Бежим скорее!

Ага, Марта Сокольская! Вот и прекрасно! Я ее найду! У Марты Сокольской такая улыбка… Но ведь она может оказаться дурой или даже идиоткой, только идиотка может нарисовать на своей машине мартышку. А ее, видимо, в детстве звали Мартышкой, от Марты… Нет, не стану ее искать. Столкнет нас судьба, тогда поглядим.

У нее занялось дыхание. Это был голос из прошлого. Не может быть!

– Мартышка, не узнаешь?

– Тимур? Это ты? – дрожащим голосом спросила Марта.

– Ну, наконец-то! Как дела, старушка?

– Что это ты вдруг обо мне вспомнил?

– Да вот приехал в белокаменную, вспомнил старую любовь. Дай, думаю, позвоню, узнаю, как и что… Ну, как и что?

– Да нормально, – взяла себя в руки Марта. – Живу!

– А что, он оказался негодяем?

– Естественно! Ну а ты как? На родину потянуло?

– Да вот еще! В гробу я ее видал. Дело одно возникло…

– Нет.