Пояснила, что это ее личная печать, с которой она работала на фирме, и тут же набросала договор между ними, хлопнула своей печаточкой, размашисто подписала и, дождавшись, когда он поставит и свою подпись, радостно предложила отметить это событие.

Протасов открыл вино, достал и принес к столу пузатые бокалы из буфета, разлил.

– За сотрудничество! – провозгласила Флоренсия.

– За туризм! – поддержал Глеб.

Они чокнулись, выпили, принялись снова обсуждать какие-то детали, возможные маршруты, тут Глеб вспомнил, что они принесли с собой фрукты, которые купили на рынке, как раз к вину, и отправился в ванную их мыть, а когда вернулся…

Совершенно голая Фло полусидела на кровати, откинувшись на собранные горой подушки, в одной руке она держала бокал с вином, во второй большой старинный веер в испанском стиле. Она сделала глоток вина и низким, эротичным до мужского обморока голосом, сказала:

И, медленно согнув в коленках, широко раздвинула свои длинные стройные, великолепные ноги…

– …начинается здесь, – закончила она фразу.

От этой откровенной, бесстыдной чувственной сексуальности, оказавшейся невероятно красивой, даже какой-то возвышенной в своей естественной красоте, как произведение искусства, Протасова временно поразил ступор, и он стоял онемевший и рассматривал завороженно женщину, раскинувшуюся перед ним. Он даже не замечал, что у него начали тихонько трястись руки, и персик, лежавший на самом верху горки фруктов на тарелке, которую Глеб принес из ванной, вдруг скатился и упал на пол…

Что сказать. Ему было двадцать три года, ей тридцать, и у нее было стройное, смуглое тело с тугими мышцами, маленькой плотной грудью и потрясающей попкой умопомрачительной формы, и она обладала характером и темпераментом тигрицы. Чувственная и сексуальная, с буйной эротической фантазией и в то же время с железной деловой хваткой, острым умом и профессионализмом в делах!

Как вы думаете, что он мог испытывать?

Да, именно! Он попал в свой личный, индивидуальный мужской рай, победив по ходу всех мужиков и соперников на свете!

Как Глеб отработал на втором предприятии и умудрился разобраться в проблеме и все исправить, он помнил смутно, честно признавшись себе, что, скорее всего, каким-то чудом невероятным, потому как весь с потрохами и мозгами находился в сексе, сексе, сексе, изматывающем до дна, в чудесном общении после секса и перед ним, и уж точно не в разуме!

Но работу сделал, и пришло время уезжать на Родину. Но то ли он такой удачливый парень уродился, то ли фортуна лелеяла Фло, тут случилось одно странное обстоятельство, кардинально и надолго изменившее все его планы.

Однажды они с Флоренсией приехали в гости к друзьям ее семьи, которые так же, как и ее родители, владели собственной винодельней.