– Выяснилось совершенно случайно, – пояснил Игорь. – Мы разговаривали с соседкой Розалии, Наташей, интересовались, не заметила ли она что-нибудь подозрительное или странное, а женщина сказала: «Когда я узнала, что Розалия Марковна попала в больницу, то решила ее проведать, принести баночку любимого варенья. Сейчас Розалия без сознания, но потом же она очнется и порадуется моей заботе. Банки с запасами я храню у Глаголевой в квартире. Пошла к ней, открыла шкаф под подоконником, вытащила стекляшку и… уронила. Джем вытек, гляжу, внутри пакетик, в нем серьги, сразу понятно, дорогие, с настоящими бриллиантами. Я лупу взяла и название фирмы увидела – «Картье».

– Значит, те подвески, которые Глаголева всегда носила, были копией? – вздохнула я. – А смотрелись подлинными. То-то я удивлялась, как актриса не боится их в гримерке бросать и при этом дверь не запирать.

– Вернемся к Пиратову-Иратову, – велел Вадим Олегович. – Хочется еще раз услышать ваши соображения.

Я послушно заговорила:

– Как только я поняла, что Иратов и есть Пиратов, у меня другая мысль возникла: где Розалия и Петр добыли горячий капучино для Мускатовой? Ведь в театральном-то буфете готовят растворимую гадость! Я, когда работаю, кофе не пью и кафе рядом с театром никогда не посещала. А тут Егор Бочкин вдруг решил пригласить меня в трактир и сказал, что в двух шагах от «Небес» продают прекрасный кофе в термостаканах. Ну мне и пришло в голову, что в любом ресторанчике теперь есть видеонаблюдение, можно просмотреть записи и увидеть, как Петр покупает капучино и уносит его. Это же улика, верно?

– Глупость, да? – вздохнула я. – Конечно, он может сказать, что сам выпил кофе.

– Но идея проверить камеры интересная, – похвалил меня Вадим Олегович, – правильно мыслите.

– Вот только не понимаю, как Фаину заманили во двор, – призналась я.

– Капучино приобрела Софья Борисовна, – взял слово Николай Михайлович, – а Фаину с Мускатовой перепутал Петр. Кормилице положено выходить с корзинкой. Иратова за десять минут до начала спектакля утащила корзину из костюмерной и отнесла в гримваген. Планировала так: Мускатова, одевшись, заметит отсутствие реквизита, выскочит в коридор, а там ее поймает Петр и спросит: «Корзинку ищешь?» И любезно сопроводит ее в гримваген. Мать и сын все прекрасно рассчитали, но не предполагали, что в ситуацию вмешаются Розалия с Фаиной. Петр слонялся по закулисью, караулил Мускатову, когда та кинется искать корзинку. Наконец, она появилась. Правда, почему-то шла из коридора, который вел в технические помещения. Но времени раздумывать на эту тему у Петра не было.

«Света, – окликнул актрису Иратов. – Небось корзинку потеряла? Без нее ты сцену не сыграешь. Я только что был в гримвагене, она там.