Зеленокожие и черноволосые красавцы среднего возраста в опрятных, чистых и дорогих костюмах, определенно стоящих больше, чем вся эта карета со всеми лошадьми. Да и шмотки бандюг добавить можно, тогда, при наличии удачи, может бы и хватило денег пошить один из таких костюмов… на меня. Отвлекшись от материалистичных рассуждений, я удивился второй раз — оба здоровяка были очень похожи друг на друга. Родственники?

— Мы готовы выслушать ваши требования! — выкрикнул один из них, а затем, когда у него всё-таки получилось разглядеть меня на фоне лежбища тел, непроизвольно выкрикнул с нескрываемым ужасом, — Должник?!

— Нет! Я гном с Эласты! — крикнул в ответ я, держа пистолет дулом в землю, — Господа! Давайте оставим вопрос о моей расовой принадлежности на потом и вернемся к требованиям! Уверяю, они вам понравятся!

Задравшие руки орки молча переглянулись.

— Чего вы хотите? — подал голос второй из зеленокожих, — Денег? Сколько?

— Я хочу, чтобы вы мне не препятствовали собрать трофеи вот с этих тел, — обвёл я дулом пистолета бывших бандитов, — А заодно претендую на их лошадей. В остальном мне от вас ничего не нужно! Не угрожайте мне оружием и всё будет в порядке!

Настолько удивленных орков видеть мне еще не доводилось. Вообще, с представителями этой расы особо общаться еще не доводилось, если не считать кратких бесед с одной могущественной матроной в летах, но у меня в подчинении были когда-то два неживых орка, ничем от людей и гномов не отличавшихся. Эти же друг на друга пялились так, как будто узнали, что я их третий, давным-давно потерянный брат, который слегка не удался ростом.

Потеряв интерес к оркам, я вернулся к мародёрству. Они оба излучали почти одинаковое количество страха, которое, хоть и сильно поуменьшившись от моих откровений, по-прежнему вселяло в меня уверенность, что эти двое глупости делать не будут. Правда, мелькнуло пара всполохов красного цвета, отображающего агрессию, когда глаза обоих господ оглядели застреленного мной старика, но эти эмоции были слишком слабы, чтобы оформиться в действие, связанное с риском для их зеленых задниц. Видимо, это был их слуга.

Шесть ружей отвратного качества и состояния. Неизвестно как они еще способны стрелять — ржавчина, потёки, стволы чистили нерегулярно и не тщательно. Мусор. Пистолеты в чуть лучшем состоянии, только из-за того, что использовали их, судя по всему, куда реже ружей. Правда, тоже старьё, заляпанное грязью и жиром. Ножи были наполовину сточенным дерьмом из паршивой стали, буквально орущим о том, что их месяцами используют лишь для еды. Одежда и обувь грязные, засаленные, протертые и зловонные. Слежавшаяся соль в кисетах, латанные ремни, стоптанная обувь, которую я ранее, в нормальной жизни, постыдился бы выбрасывать при свидетелях.