– Между нами ничего не может быть!

– Да почему? – воскликнула она, пытаясь разговорить брата, но это было невозможно. Он уперся рогом, закрылся от нее глухой стеной и достучаться не получалось.

– Да потому. – Кир шумно выдохнул и растер лицо ладонями.

Эта тема была слишком острой и болезненной для него. Да и не мог он рассказать сестре о Любе. Это его тайна, его слабость, а он в глазах Жени всегда был другим.

– Это не ответ. Я хочу понять, – настаивала она.

– Тебе нравится эта квартира? – не выдержал Кирилл.

– Да, – с готовностью кивнула Женя.

– Отлично, пойдем оформлять документы.

– Опять ты сбегаешь. – Она перехватила его за руку, не давая выйти из квартиры.

Кир несколько секунд усмирял свой гнев, чтобы не сорваться на сестру. Понимал, что она переживает, и не хотел ее обижать. Но в своем мнении был непреклонен. Его личная жизнь касается лишь его.

– Я не хочу об этом говорить, и точка, – спокойно ответил он, глядя ей в глаза. – Тема закрыта.

– Хорошо, – сдавшись, вздохнула Женя. – Просто знай, что если захочешь поделиться, мое плечо всегда к твоим услугам, – грустно улыбнулась она и обняла его за талию.

– Я знаю. – Кирилл обнял ее в ответ и невесомо поцеловал в макушку. – Спасибо, сестренка. Пойдем уже купим эту чертову квартиру.

– Пойдем.

* * *

– Надюх, ты что вечером делаешь? – лениво поинтересовался Марат, вольготно развалившись в кресле.

Надя едва слышно вздохнула и перевела на него недовольный взгляд. Ей не нравилось, как он склонял ее имя, но сказать ему об этом она не решалась.

– Готовлюсь к учебе, – ответила первое, что пришло в голову.

– Давай с нами на озеро?

Марат полчаса назад беспардонно ввалился к ней в комнату и уходить просто так не собирался. Его порядком раздражала ситуация между ним. Столько уже дней обхаживал Надежду всеми доступными способами, но неизменно слышал отказ. Она просто не шла на контакт, а так хотелось сдвинуться с мертвой точки и, наконец, уже заполучить свой трофей.

– Нет, не хочу. – Надя привычно качнула головой и, закусив губу, отошла на несколько шагов от мольберта.

– Да ладно тебе. Надо отметить твое поступление, – хмыкнул Марат, рассматривая точеную девичью фигурку. – Вино, костер и гитара. Романтика… – расписывал он ей все плюшки, которые обычно нравятся девчонкам, а сам представлял, как очарованная и опьяневшая Надя упадет в его объятия.

– Я не пью, – нахмурилась она. Не доверяла Марату, а его предложения отчего-то казались ей непристойными. Идти вечером в компанию незнакомых людей, которые еще и выпивают, было крайне опрометчиво."

"– Заменим на газировку, – закатил он глаза и сложил руки на груди. Надежда устраивала проблемы на ровном месте, чем только еще больше его раздражала.