Хотя, думаю, потом, в свете новых событий вашим делом никто особо заниматься не будет. Уж я об этом позабочусь.

Я закашлялась, падая на колени и продолжая сжимать горло. Слёзы брызнули из глаз, и я начала терять сознание. Как же это было страшно – умирать.

– За… что? – из последних сил прохрипела я.

– Вы здесь ни при чём, Леандра. Проблема в вашем муже, а вы его слабость и смерть. Прощайте.

Вот и признание. Получилось. Вздрогнув в последний раз, я умерла…

...Чтобы в ту же секунду открыть глаза в совершенно тёмном, замкнутом пространстве. Не отойдя полностью от шока собственной смерти, я вдруг подумала, что нахожусь в гробу, что меня похоронили заживо. И это было еще страшнее, чем гибель от смертоносного проклятия.

Задыхаясь от слёз и накатывающей паники, я из последних сил забарабанила в крышку своего гроба.

Который почти сразу открылся.

– Лея, – выдохнул Нейт, силком вытаскивая меня из огромного сундука, крепко обнимая и прижимая к себе. – Лея, дыши, милая. Дыши. Создатель, я не должен был соглашаться. Не должен был тебе позволять.

– Он, – прохрипела в ответ. – Он… хотел меня… убить.

– Всё хорошо. Арриго схвачен на месте преступления. Призрак поймал его. Теперь всё будет хорошо, – быстрые солёные поцелуи по моему лицу и щекам и виноватый шепот: – Прости, прости… прости.

На самом деле Нейт ни в чём не был виноват. Это всё я. Именно я убедила его этим утром, что справлюсь, когда муж разбудил на рассвете.

И мы попробовали. Иллариэль принёс зелье и энергетики, и я пыталась свыкнуться с новыми особенностями. Полчаса ушло лишь на то, чтобы я смогла ровно сидеть, не заваливаясь в сторону. Потом еще полчаса на то, чтобы учиться ходить. Поэтому к завтраку я сильно опоздала.

В замок Искрема я попала в своём обычном теле. А вещи были всего лишь поводом, чтобы можно было спрятать меня настоящую в сундук с тряпками и оставить его под защитой Иллариэля.

План удался. Меня пытались убить. Нет, действительно убили, потому что я реально всё это чувствовала. И теперь дрожала и рыдала в руках мужа, не в силах успокоиться и прийти в себя.

Заговорщики были схвачены, покушений больше не будет. Императорская семья жива и относительно здорова. Но что делать с кошмарами, которые ночью пришли ко мне, не давая закрыть глаза? Я кричала во сне, брыкалась и снова плакала, билась в руках мужа, который срывающимся шепотом пытался меня успокоить и просил прощения. Нейт клялся, что всё хорошо и больше никто нам не помешает. И так всю ночь.

А утром в наш замок пришли тени.

Нейт всегда говорил, что рунерд, как и его избранница, чувствуют эмоции и физическое состояние друг друга даже на расстоянии. Страх, гнев, печаль, боль и даже страсть – всё это невозможно скрыть от второй половинки.