Здесь, на Западе, люди только и делают, что сплетничают. Стоит случиться чему-нибудь непривычному, и мы начинаем жужжать, словно растревоженный улей.

Лицо Роуз несло на себе отпечаток доброты и легкой печали. Такой же запомнила Виллоу свою мать в последние годы жизни: война, тяжелая вдовья доля, болезнь, разорение семьи свели ее в могилу.

— Не беспокойся, Роуз, — вмешался подошедший сзади Калеб. — Если девушка едет к такому красавцу, как Моран, она должна быть готова к тому, что окажется в центре сплетен.

Роуз засмеялась, и в ее смехе прозвучали кокетливые нотки. Продолжая улыбаться, она протянула руку Калебу, который возвышался над ней, словно башни.

С тех пор как Калеб несколько месяцев назад познакомил вдову с Эдди, он избегал слишком тесного общения с ней, но тем не менее всякий раз, когда приезжал в Денвер, рад был засвидетельствовать ей свое почтение. Он ценил в ней твердость характера и юмор, а также способность содержать пятерых детей и воспитывать их без мужа. Если за последние три года кто-то из мужчин и оказывал ей тайком помощь и внимание, это никак не влияло на неизменно высокое мнение Калеба о миссис Соренсон, ибо деньги она тратила на детей, а не на наряды и экипажи.

Калеб сдернул с головы шляпу и наклонился к руке Роуз с элегантностью, которая свидетельствовала о том, что он прошел хорошую школу. Его светская непринужденность подсказала Виллоу, как мало он уважал ее. У Калеба были превосходные манеры, однако же перед ней он не снял шляпу и не приложился к ее руке.

— Я поняла так, что вы не знаете моего бр… э-э… мужа? — сказала Виллоу. Ее голос был холоден, как шелк платья.

Виллоу вскинула темно-янтарные брови.

— Тогда откуда вы знаете, что Мэт красив?

— Я никогда не встречал девушки, которая мечтает об уродливом муже, если, конечно, он не какой-нибудь богач Ваш муж богат?

— Нет, — быстро ответила она, думая о золотой жиле, которую нашел и пытается разработать Мэт. — У него нет за душой ни цента.

Но Калеб уже не слушал ее. Отвернувшись от Виллоу, он протянул руку спутнику Роуз.

— Привет, Эдди! Рад видеть тебя снова на ногах. Я боялся, что этот чертов необъезженный жеребец тебя доконает.

— Да, я чуть было не убился, разрази его гром, — ответил Эдди, пожимая протянутую руку и с видимым облегчением усаживаясь в кресло. — Правая рука и правая нога до сих пор еще немеют. В следующий раз я позволю тебе выбить дурь из этого жеребца.

— Стоит ли? Я бы на твоем месте спустил его в карты. Он ведь и достался тебе за покерным столом. Хоть он и золотистой масти, — Калеб скользнул взглядом по волосам Виллоу, — но натура у него, как у подколодной змеи. Ему никогда нельзя довериться. Как бы вывеска ни радовала, а дурная кровь берет свое.