Сжигаемая неистовством страсти, Виллоу прошептала его имя. Этот приглушенный вскрик словно подбросил новых дров в совместный костер. Стоны и вскрики Виллоу помогали Калебу глубже познать ее. Понимая, что пора остановиться, он не мог оторваться от знойного тела и жадно, горячо ласкал нежную плоть, желая взять все, что Виллоу способна была отдать.

— Прости меня, моя любовь, — прохрипел Калеб, исторгая новые стоны из груди Виллоу — Я не могу остановиться… Со мной такого еще не было. Я не могу… остановиться.

Виллоу выгибала спину и шептала его имя при каждом своем вздохе, каждом движении Калеба.

Внезапно она почувствовала, что более не в состоянии биться в муках сладострастия. Она изнемогала от блаженства.

И наступила развязка, которую она ощутила каждой своей клеточкой…

Прерывистые стоны и всхлипы Виллоу послужили сигналом для Калеба. Более не сдерживая себя, он снова и снова входил в девичье лоно, и наконец обоих охватил восторг освобождения. Со стоном и хрипом он излился в горячее содрогающееся тело.

А затем Калеб нежно прижал Виллоу к себе, баюкая и шепча в тишине ее имя, не в силах поверить в то, что соблазнил невинную сестру человека, которого поклялся убить.

— Как ты себя, чувствуешь? — спросил наконец Калеб, боясь открыть глаза и увидеть, сколько боли причинила Виллоу его необузданная страсть.

Стремясь продлить состояние умиротворенности, в котором она продолжала пребывать, Виллоу пробормотала что-то нечленораздельное и потерлась щекой о грудь Калеба

Она откинула голову назад, чтобы посмотреть в светло-карие глаза любимого.

— Прости меня, — виноватым тоном произнес Калеб.

 — Я не хотел причинять тебе боль. — Он смущенно покачал головой. — Я никогда так не терял голову

Медленная, женственная улыбка Виллоу бросила Калеба в жар.

— Если ты ждешь, чтобы я тебя отругала, тебе придется ждать слишком долго, — сказала она и поцеловала его в плечо.

Калеб приподнял подбородок Виллоу, чтобы посмотреть ей в глаза. В них он не прочитал ни боли, ни сомнений. Это были глаза женщины, которая не только испытала удовлетворение от физической близости с мужчиной. Это были глаза счастливой женщины.

— Я не причинил тебе боли?

— Ну, немножко в самом начале.

Понимаешь, ведь ты… гм…

— Слишком груб, — подсказал Калеб.

Виллоу удивленно посмотрела на него.

— Я совсем не это имела в виду.

— Знаешь, Калеб, — решительно сказала она. — Ты должен помнить, что ты крупный мужчина. У тебя большие руки, большие ступни, большие плечи, словом, все большое.

Он увидел, как покраснела Виллоу, а в ее красивых глазах заискрился смех. У Калеба сердце обливалось кровью при мысли о том, что он причинил ей боль.